Мониторинг СМИ

Исчезнувшие: храм святых Иоакима и Анны на воротах Владимирского детинца

Встреча Иоакима и Анны (Зачатие св. Анны). Икона. Средняя Русь. Конец XVI в.Москва, Центральный музей древнерусской культуры и искусства имени Андрея Рублёва. Инв. № КП 1008. Источник: Лифшиц 2000, 163

Золотые ворота Владимира, о которых мы писали раньше, в своей семантической функции, помимо прочего, отсылают к одному сюжету христианского Предания, связанному с предысторией христианства. В Золотых воротах Иерусалима произошла встреча родителей Девы Марии ‒ Иоакима и Анны; прямым следствием этой встречи стало рождение Пресвятой Богородицы. Этот сюжет содержится в апокрифических источниках ‒ Протоевангелии Иакова и Евангелии Псевдо-Матфея.

Переживая свою бесплодность как невыносимый позор, Иоаким, один из богатейших жителей Иерусалима, ушёл в пустыню, чтобы поститься и молиться, а его жена Анна, оставшись дома, «плакала плачем и рыданием рыдала» (Прот. Иак. I–III). Вскоре Анне явился ангел и предсказал рождение ребёнка, которого Анна тут же пообещала в дар Господу. «И пришли вестника два и сказали ей: “Муж твой, Иоаким, идёт со своими стадами, ибо ангел явился к нему и возвестил: Иоаким, Иоаким, Бог внял молитве твоей. Иди отсюда, ибо жена твоя Анна зачнёт во чреве своём”. <…> И вот Иоаким подошёл со своими стадами, и Анна, стоявшая у ворот, увидела Иоакима идущего, и, подбежав, обняла его, и сказала: “Знаю теперь, что Господь благословил меня: будучи вдовою, я теперь не вдова, будучи бесплодною, я теперь зачну!” И Иоаким в тот день обрёл покой в своём доме» (Прот. Иак. IV).

Встреча Иоакима и Анны у Золотых ворот. Киев. Софийский собор. XI в. Фреска второго регистра северной стены апсиды придела Иоакима и Анны. Источник: http://www.icon-art.info/masterpiece.php?lng=ru&mst_id=1064

А вот как описана эта сцена в Евангелии Псевдо-Матфея: «Через тридцать дней ангел Господень явился Анне, которая пребывала в молитве, и сказал ей: “Иди к воротам, которые называют Золотыми, и встреть мужа своего, ибо он придёт к тебе сегодня”. Она, встав поспешно, отправилась со служанками и стояла у ворот тех, плача. И так она долго ждала, что была готова лишиться чувств от этого ожидания, но, подняв глаза, увидела Иоакима, который шёл со стадами своими. Анна побежала и пала на шею его, благодаря Бога и говоря: “Я была вдовой, и вот я больше не буду неплодной, и я зачну!” И была великая радость между всеми родственниками и знавшими их, и вся земля Израилева веселилась от этой вести» (Пс.-Мф III).

Так событие этого чуда, положившего начало истории Святого Семейства и, соответственно, новой эры в истории человечества, оказалось навсегда связанным с Золотыми воротами Иерусалима.

Встреча Иоакима и Анны у Золотых ворот Иерусалима. Икона. Архангельские земли. Первая пол. XVII в.Санкт-Петербург. Государственный Эрмитаж. Инв. № ЭРИ-282. Фото: digital.hermitagemuseum.org

Названная связь ‒ и историческая, и символическая (поскольку врата ‒ один из общепринятых символов Богородицы) ‒ получила обширную визуальную фиксацию в традиционной христианской иконографии, в том числе и русской, а также на Западе, например, у Джотто, Липпи и Дюрера. Событие встречи родителей Богоматери вошло в круг Богородичных праздников: оно стало отмечаться в Константинополе в VIII ‒ начале XI века, а в 1166 г. это празднование было установлено уже окончательно под названием Зачатия Пресвятой Богородицы (празднуется 9 декабря).

Джотто. Иоаким и Анна в Золотых воротах. Фреска. Падуя. Капелла Скровеньи. 1305. Фото: art-giotto.ru

Через 30 лет после этого установления князь Всеволод возводит над воротами Владимирского детинца храм с честь святых Иоакима и Анны. В сакральной топике города этот храм занимает важное место, будучи одним из наглядных «маркеров» посвящения Владимира особому попечению Пресвятой Богородицы, внося тем самым дополнительные акценты в образ Владимира как Нового Иерусалима. В Константинополе же, как в Новом (втором) Иерусалиме, почитание Божией Матери было территориально локализовано не только в посвящённых Ей храмах, но также и в различных церквах во имя св.  Анны и в честь Богородичных праздников. К примеру, Прокопий Кесарийский упоминает «храм, достойный всеобщего почитания и во всех отношениях замечательный, во имя святой Анны (Ἄννῃ ἁγίᾳ), которую некоторые считают матерью Богородицы»; этот храм Юстиниан построил в той части Константинополя, которая называется «Девтерон» (Δεύτερον), то есть «Вторая» (De Aed. I 3,11). Владимир, подражая столице Византии, в своём символическом устроении уподобляется и первому, и второму Иерусалиму.

Ф. Липпи. Встреча Иоакима и Анны у Золотых ворот. Флоренция. 1497. Копенгаген. Датская национальная галерея.Фото: vk.com

А. Дюрер. Иоаким и Анна в Золотых воротах. Гравюра на дереве из серии «Жизнь Девы Марии». 1504. Вашингтон. Национальная галерея искусства. NGA 6694. Фото: wikipedia.org

Возведение надвратной церкви святых Богоотец Иоакима и Анны было частью программы строительства Владимирского детинца при князе Всеволоде. «В лѣто 6702. <…> Того же лѣта заложи благовѣрный князь Всеволодъ Юргевичь дѣтинець въ градѣ Володимери, мѣсяца iюня въ 4 день, на память святаго Митрофана патрiарха Костянтина града» (Лаврентьевская летопись). Детинец занял юго-западную часть среднего («Мономахова») города, или кремля-города ‒ по терминологии XVII–XVIII вв. Это было на тот момент новое территориальное образование: прежний княжий двор со своими теремами и двумя каменными храмами располагался в окольном «Новом городе» вблизи Золотых ворот, которые, по существу, составляли единый ансамбль с дворцовыми постройками. Иначе говоря, первоначально (при Юрии Долгоруком и Андрее Боголюбском) смысловой центр Владимира наглядно формируется Золотыми воротами и княжескими дворами с княжескими храмами; при этом Успенский собор (культовая доминанта) остаётся в стороне от названного центра. При Всеволоде возникает второй такой центр, уже при Успенском соборе, вокруг которого возводится детинец со своими воротами, завершёнными надвратной церковью Иоакима и Анны.

Капитальная перестройка Всеволодом Успенского собора, возведение им же Димитриевского собора, белокаменной ограды вокруг них и надвратного храма оформили новый городской центр, включивший в себя и княжеский, и епископский дворы. В древнерусских, по преимуществу моноцентрических городах детинцы являлись, как правило, наиболее древними частями; во Владимире мы наблюдаем трансформацию уже, казалось бы, сложившейся структуры и композиции города. Ансамбль старого Андреева двора с его Спасским и Георгиевским храмами теперь уже не может спорить с новым городским центром: его храмы становятся лишь местным композиционным акцентом в городской застройке. Однако этот акцент не просто очень силён; он по-прежнему включается, как необходимый и неустранимый компонент, в общее эстетическое звучание города и особенно в его смысловую (сакральную) топографию.

Местоположение ворот детинца с церковью святых Иоакима и Анны. Летящая птица отмечает место, на котором стоял надвратный храм. Фото: Сергей Аванесов, 2024

Постройка надвратной церкви во имя святых Иоакима и Анны представлена в источниках как совместный проект князя и епископа, начатый спустя два года после закладки детинца. Летописи сообщают:

«Въ лѣто 6704. <…> Того же лѣта заложи блаженый епископъ Iоанъ на воротѣхъ святое Богородици церковь камену во имя Акыму и Анны, мѣсяца мая въ 1 день, на память святаго пророка Iеремiя, при благовѣрнѣмъ и христолюбивѣмъ велицѣмъ князи Всеволодѣ».

«Въ лѣто 6704. Блаженный Iванъ, епископъ Ростовьскiй и Суздалскiй и Владимерскiй, заложи во градѣ Володимери у дѣтинца на воротѣхъ церковь камену святыхъ Богоотець  Iоакима и Анны, мѣсяца Маiа въ 1 день, при благовѣрнемъ князи Всеволодѣ Юрьевѣ сынѣ Долгорукаго».

«Въ лета 6704. <…> Заложи епискупъ Иванъ въ Володимери церковь у детинца камену на воротехъ Акима и Анну, мая 1».

«Въ лѣто 6704. <…> Заложи епископъ Иванъ въ Володимери у дѣтинца на воротѣхъ церковь камену Акима и Анну, маиа 1».

Итак, надо признать, что церковь была заложена «по изволению Великого Князя Всеволода Георгиевича, с благословения Епископа Иоанна» (Доброхотов 1849); соответственно, она характеризуется в летописях и как храм на воротах княжеского двора («у дѣтинца на воротѣхъ»), и как храм над входом на территорию Успенского собора («на воротѣхъ святое Богородици»). Детинец вобрал в себя и соборную территорию, и княжий двор у Димитриевского собора; следовательно, он ограждал «княжеско-епископское поселение» (Н. Н. Воронин). Значит, и ворота с храмом надо воспринимать не как «дворцовые» и не как епископские, а как «городские» (Вл. В. Седов), отмечающие собой единое церковно-политическое ядро города.

Храм Иоакима и Анны был освящён в тот же год, когда «Всеволод постави манастырь Рожество святыя Богородиця о единомъ вѣрсѣ» (Новгородская первая летопись), то есть в 1196 году. Эта дата подтверждается разными летописными источниками:

«Въ лѣто 6705. <…> Тое же осени священа бысть церковь Рожество святыя Богородици, въ Володимери, октября 27, юже созда великiй князь Всеволодъ. Тогда же священа церковь на вратѣхъ святыя Богородица Iоакима и Анны, декабря 27, юже созда епископъ Iоанъ».

«Въ лѣто 6705. <…> Тоя же осени свѣщаша церковь на вратѣхъ у святыа Богородици, юже бѣ создалъ Iванъ, епископъ Ростовскiй и Суздалскiй и Володимерскiй, мѣсяца Ноября въ 10 день».

«Тое же осени священа бысть церкы на воротѣхъ у святое Богородици, юже создалъ блаженый епископъ Iоанъ, мѣсяца ноямбря въ 3 день, на память святаго мученика Акепсимы».

Храм был возведён, следовательно, за один строительный сезон; даты его освящения, как видим, колеблются в диапазоне от 3 ноября до 27 декабря.

Интересный факт: в «Сказании о верных святых князьях русских» (Супрасльский список) и в статье «А се князи русьстии» (приложена к Комиссионному списку Новгородской первой летописи), связанных общим происхождением, из владимирских каменных храмов не упомянуты только две надвратные церкви – Иоакима и Анны во Владимирском детинце и Андрея Первозванного в Боголюбове. Видимо, эти постройки не воспринимались автором протографа в качестве самостоятельных, отдельных сооружений ‒ в отличие от внушительных по своим размерам и вполне самодостаточных Золотых ворот.

Скорее всего, надвратный храм детинца был разгромлен в числе других владимирских церквей во время татарского набега на русский северо-восток в 1293 году и после этого пребывал в запустении.

Стена детинца с воротами, по всей видимости, понималась современниками как граница общей территории князя и епископа, а сами ворота с надвратной церковью вели в равной степени и на княжий двор, и к Успенскому собору. Поэтому они должны были размещаться так, чтобы обеспечивать удобный доступ к тому и другому,  ‒ где-то на склоне площади от собора к городу. На этом месте, примерно в 70 метрах к северо-западу от Успенского собора (соответственно, в 40–45 метрах от нынешней колокольни собора), ещё в начале XIX века стояла шатровая колокольня на довольно массивном каменном основании. Скорее всего, это и были заложенные со временем ворота детинца, а помещение под ярусом звона ‒ перестроенной надвратной церковью, которая в XVII веке получила шатровый верх: на ворота и храм «наложен был третий этаж для колоколов, оканчивавшийся конусом» (Доброхотов 1849) с двумя ярусами слухов.

Храм был упразднён в 1783 году и использовался как «палатка» для хранения архива и арсенала. В апреле 1806 года в колокольню ударила молния, после чего здание «по определению епископа Ксенофонта» (Доброхотов 1849) пришлось разобрать до основания, и на этом история церкви Иоакима и Анны заканчивается. Изображения названной колокольни сохранились на «чертеже» 1715 г., на гравюре по рисунку А. Свечина 1764 г. и на панораме города в губернском атласе 1801 г.

Владимир. План ворот детинца. Источник: Воронин 1961, 449

В 1936‒1937 гг. именно на том месте, где стояла старая колокольня, были открыты раскопками под руководством Н. Н. Воронина основания ворот детинца с примыкающими к ним с востока и запада стенами. Фундамент ворот, как выяснилось, был сложен из известнякового и булыжного бута на известковом растворе; его глубина достигает 1,9 м; фундамент значительно шире стен. Поверх фундамента местами уцелели до 4 нижних рядов каменной кладки из хорошо отёсанных каменных квадров с заполнением средней части стен необработанными камнями на растворе. Ворота детинца «с пространною в средине аркою» (Доброхотов 1849) представляют собой две параллельные стенки, образующие квадратное основание размером 12 × 12,5 м. Их пролёт ориентирован очень приблизительно с севера на юг. Западный пилон имеет ширину 4 метра, восточный ‒ 3 метра; вероятно, в западном пилоне размещалась лестница, по которой можно было подняться на боевую площадку и в надвратный храм.

Владимир. Колокольня Успенского собора. Рисунок 1801 г. Источник: Воронин 1961, 447

Внешний вид и конструкция храма святых Иоакима и Анны совершенно неизвестны и восстанавливаются лишь очень приблизительно. Возможно, некоторое представление о первоначальных формах ворот и надвратной церкви даёт рисунок 1801 года. На рисунке мы видим небольшой квадратный храм, поставленный на массивное кубическое основание ворот и окружённый галереей с высокими арочными проёмами, под которыми идёт опоясывающий основание галереи ряд перспективных квадратных нишек. Фасады храма поделены плоскими пилястрами на четыре прясла каждый (мы видим только северную и западную стены сооружения); на уровне основания капителей фасады охватывает карниз. На западной стене видны два окна в разных пряслах и на разных уровнях.

Как полагает Н. Н. Воронин, ворота детинца с надвратным храмом «были уменьшенной и упрощённой копией Золотых ворот»; это было белокаменное «изящное сооружение, видимо, не уступавшее по красоте городским соборам»: при раскопках были найдены фрагменты аркатурно-колончатого пояса, на обломках капителей которого сохранились следы красной краски, обломки украшенного резьбой портала, майоликовые зелёные плитки пола боевой площадки и цветные майоликовые тонкие фигурные плитки от мозаичных полов храма, а также мелкие обломки листовой меди со следами позолоты и куски штукатурки с фресковой росписью. Если исходить из размеров ворот, то надо признать, что церковь на них была весьма невелика: не более 8 метров по каждой стороне. Своды храма, возможно, поддерживались лёгкими круглыми колоннами; бракованные обломки таких колонн были использованы строителями в кладке стен детинца. Однако Вл. В. Седов считает, что храм, судя по небольшим размерам ворот под ним, был бесстолпным. П. А. Раппопорт предполагает, что церковь Иоакима и Анны по своему облику и декору была «аналогична» упомянутому выше собору Рождественского монастыря, построенному одновременно с ней; собор не сохранился, но, судя по чертежам середины XIX века, был близок Димитриевскому собору, отличаясь, однако, гораздо более скромными деталями и очень незначительным количеством скульптурной резьбы. Церковь, вероятно, имела один входной портал с западной стороны; именно здесь в земле обнаружен обломок резной плиты ‒ фрагмент оформления портала. Это всё, что можно предположить о конструктивных и декоративных особенностях церкви на воротах владимирского детинца.

Однако для понимания места этой церкви в сакральной топике города в целом важно не только располагать различного рода информацией о самом этом сооружении, но и понимать его связь с другими сакральными доминантами Владимира в составе городского визуально-смыслового каркаса. Прежде всего, храм Иоакима и Анны находится в наиболее очевидном ‒ не только визуальном, но и смысловом ‒ соотношении с Успенским собором, образуя вместе с ним начало и конец биографического нарратива, посвящённого земному пути Богородицы: от праведного зачатия до славной кончины. Далее, не столь очевидна, но всё же поддаётся прочтению особая семантическая связь надвратного храма детинца и надвратного храма Золотых ворот. Мало того, что оба храма имеют Богородичное посвящение; они ещё и символически отсылают к одному и тому же месту ‒ Золотым воротам в Иерусалиме. И если, к примеру, связь Золотых и Серебряных ворот в системе владимирских урбанистических доминант ‒ скорее функциональная (на физическом уровне ‒ «логистическая», на метафизическом ‒ «апотропеическая», охранительная), то связь Золотых ворот с надвратной церковью Иоакима и Анны имеет совершенно иной характер. Это связь семантико-символическая: здесь мы читаем одно и то же визуальное сообщение о встрече Иоакима с Анной в Золотых воротах Иерусалима, то есть (в подтексте) ‒ о встрече Ветхого Завета с Новым.

Однако от надвратного храма владимирского детинца тянется ещё одна «иерусалимская» символическая линия, весьма важная в плане формирования сакральной топики русского города. Встреча Иоакима с Анной имеет результатом Рождество Девы (которому во Владимире посвящён знаменитый монастырь), а это событие, как и раннее детство Богородицы, в христианском Предании связывается с ещё одними вратами Иерусалима ‒ Овечьими. «Возвысьте голос ваш, возвысьте, не бойтесь (Ис 40:9), ибо у Святых <Овечьих> ворот нам родилась Матерь Божия», – призывает преп. Иоанн Дамаскин (Рожд. 6). Кстати, само это Слово на Рождество Пресвятой Богородицы было произнесено преп. Иоанном в посвящённом Богоматери храме, построенном в V веке на том месте, где раньше находился дом Иоакима и где родилась Дева Мария. Сейчас здесь располагается храм св. Анны. Дом Иоакима стоял возле Овечьих ворот Иерусалима, недалеко от купальни под названием Вифезда, упоминаемой в Евангелии (Ин 5:2‒4). Поэтому преп. Иоанн и восклицает: «Радуйтесь, Овечьи врата, священнейший удел Божией Матери! Радуйтесь, Овечьи врата, пристанище прародителей Царицы! Радуйтесь, Овечьи врата, в древности загон для овец Иоакима, а ныне Церковь словесного стада Христова, подобие <Церкви> Небесной. <…> Радуйтесь, честные Овечьи врата, да умножится в вас благодать!» (Рожд. 11). Тот же святой отец в «Точном изложении православной веры» указывает, что Богородица родилась «в доме Иоакима, находившемся у Овчих ворот» (IV 14). Что же это за ворота?

В Ветхом Завете они упоминаются в связи со строительством новой городской стены Иерусалима. Неемия, отправленный Артаксерксом на восстановление разрушенного города (V в. до Р. Х.), сообщает: «И встал Елияшив, великий священник, и братья его священники и построили Овечьи ворота: они освятили их и вставили двери их, и от башни Меа освятили их до башни Хананела» (Неем 3:1). При освящении городской стены «очистились священники и левиты, и очистили народ, и ворота, и стену. Тогда я повёл начальствующих в Иудее на стену и поставил два больших хора для шествия, и один из них шёл по правой стороне стены к Навозным воротам. <…> Другой хор шёл напротив них, и за ним я и половина народа, по стене от Печной башни и до широкой стены, и от ворот Ефремовых, мимо старых ворот и ворот Рыбных, и башни Хананела, и башни Меа, к Овечьим воротам, и остановились у ворот Темничных» (Неем 12:27–39).

Иерусалим. Сионские ворота. Следы от пуль, оставленные при штурме Иерусалима в 1967 году. Фото: Сергей Аванесов, 2011

Дом Иоакима и Анны в Иерусалиме у Овечьих ворот служил местом паломничества христиан всего мира. Игумен Даниил в своём «Хожении» (нач. XII в.) сообщает: «А если оттуда немного пойти к востоку и чуть сойти с той дороги, то там есть дом, который принадлежал святому Иоакиму и Анне. <…> Там есть пещера немного ниже алтаря, в камне: в той пещере родилась Святая Богородица; в той же пещере находится гроб святого Акима и Анны. <…> А оттуда близок притвор Соломонов, где Овчая купель, где Христос расслабленного исцелил. Место то к западу от Акима и Анны, – ближе, чем может бросить человек. Оттуда на восток близко ворота городские: теми вратами выходят, идя к Гефсимании».

В наше время ближайшими к этому месту воротами являются Львиные, построенные при турецком султане Сулеймане I в XVI веке. Иногда они называются Овечьими в память прежних, место расположения которых, как и внешний вид, сейчас определить затруднительно. Возможно, по своим габаритам они были близки нынешним Сионским воротам того же XVI века, не столь парадным, как Львиные.

На месте дома родителей Богородицы в 1140 или 1142 г. крестоносцами при поддержке Иерусалимской королевы Мелисенды был сооружён базиликальный храм. Султан Салах ад-Дин после изгнания крестоносцев превратил церковь в медресе (1192), благодаря чему она и сохранилась. В 1856 году турецкий султан Абдул Меджид I подарил базилику Наполеону III в знак благодарности за оказанную поддержку в Крымской войне. В 1878 году церковь была передана французскому католическому миссионерскому обществу «Белые отцы» (Pères Blancs). Архитектор М. Маус отреставрировал базилику в стиле эпохи крестоносцев. В крипте храма находятся древние помещения, которые предание связывает с Рождеством Богородицы. Рядом, вдоль Via Dolorosa, в настоящее время расположен греческий православный монастырь святых Иоакима и Анны.

Иерусалим. Базилика Святой Анны. Фото: ru.wikipedia.org

Итак, посвящение владимирского храма на воротах детинца соединяет образ родителей Богородицы сразу с двумя иерусалимскими воротами – Золотыми и Овечьими. Благодаря этому посвящению сакральная топика Владимира, отданного под попечение Богоматери, дополнительно насыщается иерусалимскими аллюзиями, призванными инкорпорировать русский город в общехристианскую культурную среду.

Сергей Аванесов

15 июня 2026

Источник: "Российские древности"