Репортажи

Этти Хиллесум: «Я никогда и нигде не умру»

Дневники жертвы Холокоста как путь к богопознанию

Фото: blagovest-info.ru

Москва, 14 апреля, Благовест-инфо. Презентация книги Этти Хиллесум «Я никогда и нигде не умру» (издательство «Гранат») состоялась 8 апреля в Культурном центре «Покровские ворота». В издание вошли переведенные с французского языка личный дневник и письма (1941–1943 гг.) молодой голландской еврейки, погибшей в Освенциме. Эти тексты, впервые опубликованные в 1986 г., были переведены на множество языков и получили международное признание как выдающийся памятник Холокоста и пронзительное свидетельство мужества, любви к жизни и человечности в самые темные времена. В издание включен перевод ряда писем из пересыльного лагеря Вестерборк, ранее не публиковавшихся на русском языке.

Мариятереза Фумагалли, сотрудница КЦ «Покровские ворота», представила биографию Этти Хиллесум, чье имя мало знакомо российской аудитории. Она родилась в 1914 г. в Нидерландах в интеллигентной семье, изучала в Амстердаме право и славянские языки. Дневник она начала вести в марте 1941 г., и поводом стала не война, а встреча, «перевернувшая жизнь», – с Юлиусом Шпиром (1887–1942), психологом и «хирологом», изучавшим человека по линиям на руке, учеником Юнга. Именно он научил ее «погружению в себя», дал толчок к чтению Библии, к поискам веры и смысла. Благодаря Шпиру, по ее словам, она «по-настоящему появилась на свет», обрела «большое осознание» и «освобождение глубоко заложенных сил».

Ее дневник становится не только свидетельством «неистовых времен» оккупации и массовых смертей, но и фиксирует внутреннюю жизнь, которая сопротивляется этим обстоятельствам, глубокий духовный подъем. «Господи, вопреки всему продолжаю восхвалять Твое творение», – пишет она. Лейтмотив всех записей этого времени: «Жизнь прекрасна и полна смысла, несмотря ни на что».

Столь важные внутренние перемены побудили Этти действовать – она добровольно пошла работать в отдел социальной помощи пересыльного лагеря для евреев Вестерборк, где пыталась поддержать, утешить, стать «думающим сердцем барака», разделить бремя своих соплеменников, вместе с которыми потом и погибла. В письмах из этого лагеря она описывает всю глубину страдания, весь ужас происходящего, и быстро понимает, что гонения нацелены на полное уничтожение ее народа. Деятельно сострадая обреченным узникам, она учится и преодолению ненависти, старается в каждом их «мучителе» находить «маленького беззащитного человека». «Я стараюсь откапывать Тебя, Господи, в сердцах других людей», – записывает она, открывая для себя тайну единения с Богом, добровольно вступая на путь жертвы. Вот последняя запись в ее дневнике, перед отправкой на смерть: «Я, как хлеб, разломала свое тело и разделила его между людьми. Почему нет, ведь они были такими голодными, так долго бедствовали. <…> Хочется быть пластырем на стольких ранах». 

Архивное фото

«Исповеданием радикального альтруизма» называет эти слова первый публикатор дневников Ян Герт Гарландт. В предисловии он пишет: Этти была еврейкой, но в годы, «когда в Европе разыгрывался сценарий окончательного уничтожения евреев, она написала другой, свой сценарий» – это история «парадоксального освобождения», когда «медленно, но уверенно в ней происходит почти непрерывное движение в сторону познания Бога».  

Диакон Леонид Джалилов, выступая по видеосвязи, рассказал, что «ожидал тяжелого чтения, а получил невероятную поддержку и другой взгляд на вещи, которому хочется доверять, потому что автор заплатил за это большую цену». По его словам, когда Этти пишет, что должна идти в гестапо, но «несмотря на это, находит жизнь прекрасной», – это может показаться экзальтацией или даже безумием. Но нет, это совершенно особенный, целостный взгляд на мир, сотворенный Богом, и поэтому его надо принимать в разных проявлениях. Находясь в лагере, сказал Джалилов, «она не винит Бога за то, что люди делают друг с другом». Напротив, Этти пишет, обращаясь к Богу: «Ты помочь нам не можешь, это мы должны помочь Тебе, и таким образом в конце концов поможем сами себе».

Фото: granat-books.ru

Наталья Ликвинцева, ведущий научный сотрудник Дома русского зарубежья, когда-то прочитала дневники Этти Хиллесум по-французски, и книга ее потрясла. Этти пишет, что «выходит на борьбу с ненавистью и войной, объявляя войну войне». Она убеждает, что «жизнь жительствует даже в море смерти и ненависти». Дневник начинается «с разборок с собой, анализа любовных проблем, а выходит в глубокий диалог с Богом». «Этти Хиллесум, с ее добровольной смертью и потрясающим свидетельством победы над смертью, каким стал ее дневник, уже не раз называли святой», – говорит Ликвинцева и ставит ее в ряд с такими «мучениками и свидетелями ХХ века», как мать Мария (Скобцова), Эдит Штайн, Симона Вейль, Дитрих Бонхеффер.

«Эта книга – путь», – считает Анна Шмаина-Великанова, библеист, профессор РГГУ. В начале дневниковых записей мы видим Этти как «избалованную, тонко чувствующую интеллигентную девочку, живущую среди книг», и по ходу чтения наблюдаем, как «это превращается в полноценную христианскую святость». Этти не была крещена, и, как пишет Ян Герт Гарландт, «ее религиозность нетрадиционна, поскольку не была связана ни с синагогой, ни с церковью, она жила в своем собственном религиозном ритме». Но Шмаина-Великанова видит в Этти поистине христианскую жертвенность: «…не уметь ничего сделать для себя и необыкновенно толково, энергично и эффективно помогать другим». Тема заботы о других повторяется в дневниках все время, как и тема борьбы с ненавистью – в первую очередь, в себе. Она писала: «Мы должны проникнуться мыслью, что каждый атом ненависти, привнесенный нами в этот и без того негостеприимный мир, делает его еще более негостеприимным». А когда Этти слышала от друга: «Да, но ведь это христианство!», то, «развеселившись», отвечала: «А почему, собственно, и нет?» Анна Шмаина привела эти слова и отметила, что в обретенной «молитвенной ясности» Этти появляется «пророческий элемент»: говоря «Я никогда и нигде не умру», она ясно видит свой путь в испытаниях, когда уже не принадлежит себе, а «вливается своей жизнью в божественную жизнь». Важно и то, считает выступавшая, что Этти была «гениальным писателем», а «гениальность и святость очень редко сочетаются». Этот дар слова позволил ей донести до многих людей в разных странах свое свидетельство об ужасах Холокоста, о том, как в кромешной тьме можно выбрать служение сострадания и любви, как сохранить человечность там, где для нее, кажется, уже не остается места.

Юлия Зайцева