Мониторинг СМИ

Гора Искушения

Гора Искушения. Фото: pravoslavie.ru

Священное место – гора Искушения – возвышается над древним Иерихоном. Мы поднимались туда в 2006 году. Помню, как тяжко совершалось это движение вверх: испепеляющая жара, словно нас поместили в огромную духовку, крутая каменистая дорога, идущая между горой и пропастью, и добавьте к этому непроходящую жажду. Вероятно, по-другому быть и не могло, ведь мы шли к тому месту, где дьявол искушал Христа во время Его сорокадневного моления (см.: Лк. 4: 1–13).

Помните Евангелие от Луки? «Если Ты Сын Божий, то вели этому камню сделаться хлебом», – вкрадчиво говорил сатана, побуждая постящегося Христа к невоздержанию. На что Господь ответил искусителю: «Не хлебом единым будет жить человек, но всяким словом, исходящим из уст Божиих». Но дьявол не унимался, решил попробовать обольстить жаждой славы и богатства, вознес Христа на высокую гору и, показав Ему в один миг все страны вселенной, произнес: «Тебе дам власть над всеми царствами и славу их, ибо она предана мне, и я, кому хочу, даю ее; итак, если Ты поклонишься мне, то все будет Твое». Иисус сказал лукавому собеседнику: «Отойди от Меня, сатана; написано: Господу Богу твоему поклоняйся, и Ему одному служи». Тогда враг рода человеческого попытался задеть гордыню Христа и повел Его в Иерусалим, поставил на крыле храма, предложив: «Если Ты Сын Божий, бросься отсюда вниз, ибо написано: Ангелам Своим заповедает о Тебе сохранить Тебя; на руках понесут Тебя, да не преткнешься о камень ногою Твоею». Иисус Христос, будучи Одним из Божественных Лиц Святой Троицы, смиренно и просто ответил: «Сказано: не искушай Господа Бога твоего». И посрамленный диавол отошел до времени. Очевидно, что «потомки православных» должны помнить об этом разговоре до конца дней своих, чтобы сатана не одерживал над нами побед.

В начале нашего пути снизу монастырь Каранталь на Сорокадневной горе (Искушения) виделся каменной лентой, опоясавшей ее янтарно-песчаные высоты, или прилепленными к скалам светлыми ласточкиными гнездами. Но по мере приближения к заветной цели обитель на глазах начала расти, преображаться и под конец стала духовной крепостью, которую можно взять только смирением духа и тихой молитвой. Постучавшись в высокие железные двери, переступили монастырский порог и сразу попали в узкую длинную галерею: с одной стороны высились дикие скалы, а с другой стояли каменные кельи монахов. Мне показалось, что вся обитель – это бесконечный светлый коридор, похожий на мою жизнь, прикованную к творческой «галере», без права на ошибки и маленькие праздники. В обители был небольшой, вырубленный в горе храм Благовещения. Именно туда мы держали путь, проходивший через пещеру, соединенную с храмом, в которой, по преданию, сорок дней Господь молился в уединении.

Церковь Благовещения Пресвятой Богородицы размещается в естественной пещере, однако алтарь расположен на площадке, устроенной над пропастью. Сначала я увидела деревянный резной иконостас, окруженный светлыми стенами, затем небольшое и вытянутое вдоль скалы помещение самого храма, в углу – колодец.

Справа от алтаря лестница поднимается вверх, в придел-пещеру, называемую Первым Искушением. Здесь находится алтарь, престолом которого является камень, на котором, по преданию, Спаситель молился, готовясь к Своему земному служению. За века камень, напоминающий миниатюрную гору, от бесчисленных прикосновений, целований и многих слез стал гладким, словно отполированным. Над алтарем – иконописный образ воздевшего ввысь руки Спасителя, молящегося Богу Отцу о заблудшем человечестве. Переведя взгляд вверх на высокий купол, затрепетала: с иконы на меня смотрел Спас Пантократор – Небесный Царь и Судия. Душа под Его внимательным взором пришла в волнение, сразу захотелось просить прощения, сказать, что я не так, как надо, живу на этом дивном белом свете. В искреннем молитвенном настрое продолжила знакомство с сокровенной жизнью невидимых миру подвижников.

В одной из стен пещеры, соединенной с храмом, был лаз в маленькую каменную келию, где, как предполагается, с 340 года подвизался Харитон Исповедник, основатель знаменитой Фаранской лавры, а также Иерихонской лавры Дука. Именно так на Сорокадневной горе зародилась отшельническая жизнь. Пока мы «стоим» в этой пещере, очень кратко перескажу историю самой обители, описанную в статье «Православной энциклопедии» Константином Панченко и Николаем Лисовым.

Лавра Дука впоследствии стала называться Елпидиевым монастырем по имени преемника преподобного Харитона, знаменитого подвижника Елпидия, возглавлявшего группу отшельников на Сорокадневной горе в конце IV века и упоминаемого в «Лавсаике» Палладия, епископа Еленопольского.

К прискорбию, древняя обитель в 614 году, во время вторжения персов, была разрушена, и монахи ее покинули. Тем не менее память о связи этого места с евангельской историей сохранялась, что подтверждается текстами паломников начала XII века. В годы владычества крестоносцев началось возрождение монастырей Иудейской пустыни и долины Иордана. В это время (ранее 1116 года) на Сорокадневной горе поселилось несколько католических монахов. Около 1133–1134 годов латинский Иерусалимский патриарх учредил на Сорокадневной горе орган управления Кварантена (Четыредесятницы), и в монастыре начались строительные работы. В XII веке обитель на Сорокадневной горе посещали пилигримы, самое подробное описание этой святыни оставил Теодорик (1175). Он рассказал, что монастырь был расположен на середине склона горы, подниматься к нему тогда было невероятно сложно. Путь шел без ступеней и дороги, через труднопроходимую расселину, затем по серпантину, минуя трое ворот, за которыми путников встречала церковь Честного Креста. Справа от нее находилась гробница некоего святого по имени Пилигрин. Видимо, тогда так называли подвижника Елпидия. В наше время никаких следов существования церкви и гробницы не сохранилось. Шестнадцатью ступенями выше в пещере находилась главная монастырская церковь – в честь Поста Господня и Первого искушения. По преданию, здесь пребывал Христос во время Своего пощения. Церковь Поста стояла на месте более ранней византийской постройки. Сейчас это храм Благовещения Пресвятой Богородицы. На вершине горы все писатели-паломники указывали место Третьего искушения Спасителя, но из-за неясных причин авторы XII века не упоминали о находившейся там часовне. Найденные в конце XIX века на вершине горы развалины строительных конструкций и апсида византийского храма позволяют утверждать, что небольшая церковь существовала уже в византийский период и, возможно, сохранялась в XII веке. По свидетельству Теодорика, у подножия горы был сад с источником, где под охраной рыцарей-тамплиеров и госпитальеров разбивали лагерь пилигримы, ходившие к Иордану.

Монастырь Искушения на Сорокадневной горе. Фото: открытые источники

В 1187 году Айюбиды овладели Иерихоном и изгнали латинских монахов с Сорокадневной горы. Европейские паломники XIII века в своих путеводителях продолжали отмечать это место поклонения, но, как правило, не упоминали о находившейся там обители. Тем не менее монастырь сохранялся, и в нем жили православные иноки. Святитель Савва I, архиепископ Сербский, в 1235 году посещал его и делал пожертвования служителям. Авторы XIV века, Иаков Веронский, Лудольф из Зюдхайма, Джон Мандевиль подтверждали присутствие в монастыре греческих или грузинских иноков. Возможно, пребывание монахов на Сорокадневной горе не было постоянным. Русский паломник архимандрит Агрефений около 1375 года писал о монастыре, не упоминая его насельников. В 1384 году группа итальянских богомольцев застала там единственного греческого отшельника, похоже, последнего из обитателей горы Искушения.

В конце XVI века монастырь посетил купец Трифон Коробейников, записав: «И в той пустыне гора высока и крута, каменная, егда мощно младому взыти на ту гору. В той горе пещера, а в пещере камень, подобен столу, и на том камени сидел Христос и постился 40 дней и 40 нощей».

Здесь, наверное, нужно прервать исторический рассказ и вспомнить небольшие балкончики с видом на Иерихон. Они очень легкие, можно сказать, хрупкие и находятся высоко над пропастью. Невольно сразу вспоминается предание, сообщенное как раз купцом Коробейниковым, что здесь «прокля Господь диавола и дунул на лице ему, и ту раступися гора каменная, и диавол пропаде всквозь землю. И до нынешнего дни в том месте пропасть. А от Господня места до тое пропасти 2 сажени». Действительно, под нами разверзлась бездна: крутые скалы, а между ними воронка пропасти метров в пятьсот. Не все паломники решились выйти на эти балкончики. Но если не смотреть вниз, какой прекрасный вид перед нами открылся! Как на ладони были видны город Иерихон, Эр-Риха по-арабски, и словно сшитые наживую разноцветные лоскуты полей Иерихонской равнины. Среди них стояли пальмы, сверху казавшиеся цветочками и тростинками, а вдалеке тянулись лунные пейзажи каменной пустыни… Даль прекрасно просматривалась вплоть до Мертвого моря. Невольно вспомнилось, как дьявол в ослеплении гордыней показал своему Создателю все царства земные и обещал отдать их, если Бог ему поклонится. Вот такой он чудик. Лично перед моими глазами открылась живая картина, убедительно показывающая, что поклонение дьяволу непременно унесет безумного в Мертвое море.

Однако вновь вернемся к теме нашего разговора. Английский путешественник Генри Мондрелл в 1697 писал, что некоторые греческие монахи проводили в расселинах Сорокадневной горы Великий пост в подражание Спасителю. Однако сам путник встретил в пещерах вооруженных бедуинов, которые потребовали большую сумму денег за право подняться на гору. Из русских авторов XVIII века на гору поднимался только инок Серапион в 1749 году.

Долина скорби. Фото: открытые источники

Развалины монастыря были впервые обследованы и описаны учеными в 1873 году. Особенно интересно читать дневники начальника Русской Духовной Миссии в Иерусалиме в 1865–1894 годах архимандрита Антонина (Капустина). Во время первой поездки архимандрит нашел обитель в запустении. Однако в 1874 году здесь поселился русский монах Аркадий (Конюхов), посылавший в Россию письма с призывом к пожертвованиям. Постепенно с риском для жизни (из-за горных условий и нападений бедуинов) «отшельник Сарандарский», как его называли, начал обустройство древних развалин и даже время от времени служил молебны для русских паломников. К началу 80-х годов XIX века в пещере Поста Господня была восстановлена малая церковь. Гора Искушения стала в эти годы местом уединения для русских подвижников: здесь жили известная «пещерница Марина» и отставной генерал-майор Я. И. Краевский, участник Крымской войны и присоединения Средней Азии. Он решил провести остаток жизни отшельником в пустыне в Святой земле, выучил для этого арабский язык и в июле 1880 года поселился в пещере на горе Искушения. Материальную помощь в обустройстве монастыря оказывали монаху Аркадию известные русские благотворители: баронесса А. А. Фитингоф, посетившая Святую землю в 1886 году, и московский купец, паломник и благотворитель П. Д. Каверин.

В мае 1883 года настоятель монастыря преподобного Герасима Иорданского архимандрит Евфимий установил в церкви иконостас греческой работы. В февраля 1885 года монах Аркадий покинул монастырь Искушения. Дальнейшее благоустройство обители связано с именем энергичного греческого архимандрита Авраамия Пелопоннесца, который с 1893 года возглавил эту обитель. Как было сказано в изданном на русском языке путеводителе по Святой земле, «не щадя трудов и хлопот, архимандрит Авраамий достиг того, что устроил над зияющей бездной и над крутыми скалами святую обитель, отличаемую таким великолепием и грациозностью, что перед глазами зрителей она представляется в виде висячего городка; расширил церковь, то есть святую пещеру, и украсил ее церковною утварью». В середине ХХ века храм Пресвятой Богородицы перестраивался.

Сейчас, как и везде на Святой земле, вероятно, с оскудением веры и любви, монашествующих в обителях невероятно мало. В конце ХХ века в монастыре Искушения подвизались игумен Герасим и русская монахиня Иоанна (Оболенская). В наше время остался только игумен. Смотритель обители принимает записки о здравии и о упокоении, а также пожертвования на церковь. Мы видели одинокого монаха только издали. Просто мороз по коже, как можно одному жить в диких горах, совмещая отшельнические условия бытия с присущими им искушениями. Это для гигантов духа, а мы – серые мышки, и некому сейчас жить в монастыре на Сорокадневной горе.

В долину наши паломники спускались уже на закате. Любовалась подобревшим, переставшим обжигать лицо солнцем, на позлащенные его светом землю, горы, небеса и думала, что хоть одним глазком увидела, как живут святые люди. Сегодня познала свою духовную скудость и обрела радость соприкосновения с историей веры православной, увидев прошедшие два тысячелетия христианства за один день.

Светлана Рыбакова

29 марта 2026

Источник: Московский Сретенский монастырь