Благовест-Инфо
Благовест-Инфо
Контакты Форум Подписка rss




Расширенный поиск


 
Благовест-Инфо


  • Февраль

Концерты фонда «Искусство добра» в соборе на Малой Грузинской и других площадках. Москва

  • 8 февраля – 10 марта

Выставка «Надвратные образы башен Московского Кремля». Москва

  • 20 февраля - 1 марта

IV международный культурно-просветительский фестиваль «Эпоха в миниатюре». Москва

  • 22 февраля - 24 марта

Выставка «Торжество святого Никиты». Москва

  • 29 февраля

Встреча «Старчество в годы гонений». Москва

  • 29 февраля — 2 июня

Выставка «Кижи. Небесное послание». Москва

  • 29 февраля – 12 мая

Выставка «Тайны храмов эпохи Ивана Грозного». Москва

  • Март

Концерты фонда «Искусство добра» в соборе на Малой Грузинской и на других площадках. Москва

  • 1 марта

Лекция Натальи Боровской из цикла «Художник читает Библию». Москва

  • 5-6 марта

Международная научная конференция «Человек и Церковь в христианской мысли Николая Бердяева». Москва

  • 10 марта

Премьера фильма об архиепископе Иоанне Шанхайском и Сан-Францисском. Москва

  • 18–19 апреля

Конференция «Наследие Сергея Аверинцева и современное гуманитарное знание». Москва

Все »









Мониторинг СМИ

Назад, к обновлению!

Отец Петр (Мещеринов) о 90-летии Поместного Собора

14.11.2007 14:23 Версия для печати

Поместный Собор 1917-1918 годов — событие поистине уникальное. Два века Церковь жила без Патриарха и без вдохновения. И вот в период революционного разброда она получает неожиданную возможность самоопределиться и встать на ноги. Все необходимые для этого решения в 1917-м были приняты. Но церковная революция остановилась, едва начавшись. Ей помешала другая — Октябрьская, большевистская, вполне мирская.

Об историческом значении этого события рассуждает игумен подворья Свято-Данилова монастыря отец Петр (Мещеринов).

— Открывшийся в конце семнадцатого года Поместный Собор принял много важных решений. Но революция не позволила претворить их в жизнь. Как вы считаете, оставил ли Собор, несмотря на это, какой-то след в истории русской Церкви?
— Это одно из главнейших событий в нашей церковной истории. Поскольку, помимо восстановления патриаршества, что само по себе чрезвычайно важно, Собор продемонстрировал доброе здравие и расцвет сил церковного организма. Для меня в нем важна попытка осмыслить современность с церковно-евангельской точки зрения.

— Современность, кстати, не давала о себе забыть. Если не ошибаюсь, когда выбирали Патриарха, за окнами были слышны выстрелы.
— Да, события разворачивались очень быстро, и участники Собора за ними не поспевали. Но все они сходились на том, что Церкви необходимо обновление.

— Какое?
— Прихожанин не должен смотреть на Церковь как на хранительницу замшелых обрядов, которые мало о чем ему говорят. Церковная жизнь должна соответствовать логике процессов, происходящих вовне. Это нужно Церкви не для того, чтобы подстраиваться под «дух мира сего», но чтобы в конкретной исторической обстановке выявить всю полноту христианской жизни.

— Перейду в запретный сослагательный регистр. Как бы обстояли дела Церкви, если бы не Октябрь?
— Если б Россия не вступила в Первую Мировую войну и не начался ура-патриотический угар, то продолжилось бы естественное движение в сторону конституционной монархии и патриаршества. Однако в обстановке военного развала большевики не могли не взять власть — она упала к их ногам.

— «Православие, самодержавие, народность» минус «самодержавие»?
— Если бы Николай не принял решение вступить в войну, так могло случиться.

— Почему Церковь не остановила революцию своим авторитетом?
— А был ли у нее авторитет, который позволил бы народу встать горой на защиту Церкви?

— Белинский говорил, что русский мужик суеверен, но не религиозен. Вы об отсутствии авторитета в этом смысле?
— Именно. Это и было основной задачей Собора — осознать, что народ-то, оказывается, не крещен и не просвещен. Ведь известно: когда в семнадцатом году в армии отменили обязательное причастие, только 10% личного состава пошли причащаться добровольно.

— А когда Церковь потеряла авторитет? При Петре? При Никоне?
— На такие вопросы нет простых ответов. Но до семнадцатого года страна интенсивно развивалась, и если бы не война — европеизировалась бы. И Церковь тоже. Но вышло по-другому. Практически большевики инициировали реакционные процессы в Церкви.

— Какие именно?
— Выдвинув концепцию «обновленчества», они совершили грубую подмену и заранее дискредитировали идею любого обновления. Теперь всякая попытка Церкви осмыслить что-либо с позиций адекватности времени немедленно подвергается уничтожающей критике как обновленческая. Логично было бы, чтобы Церковь в начале девяностых вернулась к решениям Собора и попыталась их воплотить. Но не хватило внутренних резервов. Я даже слышал в фундаменталистской церковной среде такое мнение: мол, есть промысел Божий в том, что революция перечеркнула решения Собора и оставила только патриаршество. Потому что остальное привело бы к ереси модернизма. Это, конечно, кощунственное мнение. Погибли миллионы: какой тут промысел?

— Ведь и сейчас решения Собора вызывают скорее академический интерес?
— В России строится неофеодальное общество, поэтому Церковь тоже нужна послушная. А Собор был направлен на демократизацию церковной жизни. Ведь творческий потенциал развивается только в условиях демократии.

— Обновление в духе идеалов ранней Церкви нельзя назвать православной Реформацией?
— В любой исторической реальности Церковь стремится выявить дух древности. Именно дух, не букву! Этим Собор и был занят. Это, конечно, не Реформация. Реформация — коренная ломка всей структуры, идеологии и даже догматики. А там речь шла про обновление.

— Это слово можно понимать слишком по-разному. Петр Первый на свой лад тоже обновлял Церковь.
— Петр не обновлял Церковь, а искал для нее нишу внутри государства, которое строил. Он сделал Церковь частью своего политического проекта.

— В девяностые была перевернута очередная страница истории, в том числе церковной. Сергианская модель перестала быть актуальной. Но и к решениям Собора Церковь не вернулась. И осталась без всякой опоры.
— Вы, как сейчас говорят, верно уловили тренд. Пока внутренних резервов для самоопределения у Церкви нет. Но идею обновления все равно надо отстаивать. Вот мы же, например, не служим на греческом, зачем-то Кирилл и Мефодий перевели службу на церковно-славянский. Они хотели, чтобы Священное Писание и богослужение были понятны людям. Вот и нам нужно двигаться в том же направлении.

— Католики на Втором Ватиканском соборе тоже перевели службу на национальные языки. Теперь многие жалеют об этом.
— С определенной точки зрения, это решение было правильным. Но выяснилось, что в Церкви много приверженцев внешней традиции, и нет никаких оснований оскорблять их, эту традицию разрушая. В обновлении нельзя доходить до крайностей. Не случайно теперь Папа Бенедикт XVI возвращает в обиход латинскую Тридентскую мессу. Для нас, я полагаю, лучший вариант — разнообразие. В больших городах должны быть приходы и славянского, и русского языков. Кто хочет, поет знаменным пением, кто хочет — партесным… Надо, чтобы в определенных церковных рамках каждый человек выбирал по себе. И то, и другое, и третье — все Традиция.

— Но церковный «демос» очень разный. Кто-то после причастия молчит до вечера, а кто-то голосит, требует, например, канонизировать Ивана Грозного.
— Это большая проблема, вы правы. Вот поэтому сейчас и не собирается Поместный Собор. Священноначалие исходит из того, что если его собрать, то можно спровоцировать кликушеские страсти: вопли против ИНН, за канонизацию Грозного царя, за восстановление монархии, всякие радикальные восклицания в духе известного письма епископа Диомида. Так что лучше пока, чтобы решения принимал архиерейский Собор. Архиереи, как правило, люди более церковные, образованные и вменяемые.

— Почему в 1917 году мирянский активизм был сравнительно безобиден, а теперь стал таким агрессивным?
— В 1917 году у нас был народ. А потом народа не стало: лучшую его часть физически уничтожили, остальным — в массе своей — привили страх и холуйство. Сегодня есть население, но нет народа, поэтому так печально обстоят дела. Ведь сегодня дай населению волю, оно и президента пожизненно назначит. В истории страны были и трагедия, и фарс, теперь начался трагифарс. Эти восторги ткачихи или прачки на съезде заставляют подозревать, что у людей отшибло мозги. Вместе с исторической памятью и элементарной нравственностью. Так что состояние умов — вопрос вовсе не церковный, а общественный. Просто на Церкви все отражается.

— Как вы думаете, в выборе Патриарха Тихона был провиденциальный смысл?
— Бесспорно. Не знаю, как бы повел себя владыка Арсений (Новгородский), но в том, что владыка Антоний (Храповицкий) наломал бы дров, не сомневаюсь. К счастью, Патриархом стал человек, у которого было идеальное чувство церковности. Он понимал, что Церковь не от мира сего, и брал на себя ответственность за примирение с властью. То, что Церковь выжила, — в большей степени заслуга Патриарха Тихона, нежели Патриарха Сергия.

— Декларация Сергия разве не подытожила усилия Тихона?
— Главное совсем не Декларация Сергия, она, видимо, была неизбежна. Главное — дух соглашательства, который он принял. Да, они с Тихоном вели в чем-то сходную политику. Но трудно представить, чтобы Тихон согласился лишать архиереев кафедры, когда власть не хотела своими руками снимать неугодных иерархов. Скажем, Митрополит Кирилл (Казанский), когда его склоняли к участию в церковной чистке, отказался и поехал в ссылку. А Сергий — нет. В апреле 1934-го Синод, который собрал вокруг себя митрополит Сергий, присвоил ему титул Блаженнейшего митрополита Московского и Коломенского (то есть фактически титул главы Русской Церкви), в то время как законный глава Церкви, местоблюститель св. митрополит Крутицкий Петр был в заключении, никто его не низлагал, а митрополит Сергий формально являлся лишь его заместителем. Я могу понять, когда на пресс-конференции перед иностранными журналистами митрополит Сергий говорил иностранцам, что «у нас нет гонений на Церковь» — это было сделано вынужденно, под угрозой расстрела всего епископата. Но узурпировать внутрицерковную власть большевики от митрополита Сергия не требовали — до титулования им тогда не было никакого дела. Еще пример. В день рождения Совет по делам религий подарил Сергию часы. Казалось бы, прими подарок, поблагодари — и все. А он попросил, чтобы на часах было выгравирована дарственная надпись. Это говорит о том, что он внутренне принял систему, сломался. Кстати, в 1926 году русский епископат пытался заочно выбирать Патриарха при помощи записок. Но этот заговор раскрыла ЧК. Одним из зачинщиков был митрополит Сергий. Его посадили в тюрьму, потом еще раз; видимо, тогда его и сломали. После второго ареста появилась Декларация.

— А как сегодня относиться к тому, что РПЦЗ считала себя преемницей Собора, согласно указу патриарха Тихона от 7/20 ноября 1920 года?
— По-разному можно относиться, но сейчас произошло объединение Церквей, и вопрос по существу снят. Теперь все юридические шероховатости исчезли, «яко не бывши».

— А кого можно назвать преемником духа Собора?
— Как ни странно, я бы назвал Солженицына и его «Архипелаг ГУЛАГ».

— Почему? Это же не богословие.
— Безусловно. Но духовное преображение автора — «жить не по лжи», «один в поле воин» — созвучно преображению Церкви, которое начиналось в семнадцатом году, но было прервано. У Солженицына подлинно христианская позиция — во что бы то ни стало отстаивать правду.

— Это скорее дух христианства катакомбного периода.
— Ну, скорее эпохи гонений на первых христиан. Ничего удивительного, в СССР эти гонения повторились. Но сегодня у Церкви другие искушения. Не менее серьезные.

Евгений Клименко

9 ноября 2007

Источник: "Русская жизнь"



Ваш Отзыв
Поля, отмеченные звездочкой, должны быть обязательно заполнены.

Ваше имя: *

Ваш e-mail:

Отзыв: *

Введите символы, изображенные на рисунке (если данная комбинация символов кажется вам неразборчивой, кликните на рисунок для отображения другой комбинации):


 

На главную | В раздел «Мониторинг СМИ»

Рейтинг@Mail.ru

Индекс цитирования










 
Мнение редакции может не совпадать с мнением авторов отдельных материалов.
© 2005–2019 «Благовест-инфо»
Адрес электронной почты редакции: info@blagovest-info.ru
Телефон редакции: +7 499 264 97 72

12+
Зарегистрировано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций:
серия Эл № ФС 77-76510 от 09 августа 2019.
Учредитель: ИП Вербицкий И.М.
Главный редактор: Власов Дмитрий Владимирович
Сетевое издание «БЛАГОВЕСТ-ИНФО»