Мониторинг СМИ

Русскую Церковь попытались совместить с ХХ веком

Вышла книга исторической публицистики профессора-протоиерея Георгия Митрофанова

Вопросы истории Русской Церкви при официально атеистической власти в ХХ веке остаются болезненными сегодня. Новая книга санкт-петербургского профессора-протоиерея Георгия Митрофанова «Русская православная церковь на историческом перепутье ХХ века», с одной стороны, отражает существующие точки зрения на события прошедшего столетия, с другой — дает варианты ответов на эти вопросы.

Книга Митрофанова — логическое продолжение его же работы «Трагедия России: «запретные» темы истории ХХ века». Та книга вызвала шквальную дискуссию. Критиковали идею автора, что власовцы «были настоящими патриотами, сумевшими в невыразимо трудной ситуации сделать правильный выбор, требующий удивительной силы духа». Также критику вызвало оправдание Митрофановым ельцинской эпохи и ее влияния на церковь: по мнению автора, Ельцин оказался человеком плоть от плоти русским и одновременно плоть от плоти советским. Он попытался подняться над самим собой и приподнять Россию, но у него не получилось.

Новуая работа Митрофанова состоит из статей и интервью, которые публиковались ранее, однако вместе составляют картину столетия. «Обычно, когда говорят о церкви в ХХ веке, пишут только о подвиге пострадавших за веру. Меня интересовала и мера отступничества, которое тоже было», — признается автор. И главный вопрос — какой РПЦ вышла в XXI век и какой должна быть сегодня.

Митрофанов не задается вопросом об отношении РПЦ к тоталитаризму: оно отрицательное. «Но во что превращается церковь, если пытается соработничать с фашизмом или коммунизмом? Ведь есть такие идеологии и режимы, что сотрудничество с ними превращается в соучастие», — говорит Митрофанов. По мнению автора, это путь, на котором церковь перестает быть церковью, даже если люди продолжают ходить в храмы, исповедоваться и причащаться.

В книге есть несколько «исторических портретов»: патриарх Тихон в 1918 году предает анафеме советскую власть, а в 1923 уже согласовывает свои послания с представителями государства, лишь бы выйти из заключения и бороться с расколом. «Пусть имя мое погибнет для истории, лишь бы церковь была жива», — этими словами патриарха заканчивается глава о нем. Митрополит Сергий (Страгородский) в 1927 году издает свою знаменитую Декларацию, ставшую на многие десятилетия камнем преткновения в отношениях Русской церкви в Отечестве и Русской церкви за границей. «Мы хотим считать Советский Союз нашей гражданской Родиной, радости которой — наши радости и беды которой — наши беды», — с этими словами Декларации не согласились многие из тех, кого сегодня объединившаяся с Зарубежной Русская церковь почитает как святых.

Автор критичен: если бы митрополит Сергий не считал, что может своей политикой спасти церковь в годы гонений (это гордыня: спасти церковь может только сам Бог), он бы, вероятно, погиб, но вошел бы в число святых. Он спас Московскую патриархию, но церковь сегодня молится тем, кто пострадал от властей. Впрочем, многие из мучеников на допросах говорили: я не против советской власти, не веду контрреволюционной и вообще политической деятельности, я только совершаю свое церковное служение… Канонизированных новомучеников сегодня — уже около полутора тысяч, и работа по изучению жизни пострадавших за веру продолжается.

Есть в книге и портреты близких нам по времени людей: например, критический очерк о Солженицыне, где в основном воспроизводятся аргументы протопресвитера Александра Шмемана.

Впрочем, такой горячей дискуссии по следам новой книги Митрофанова, как в прошлый раз, сейчас не ожидается. Но для тех, кто не так глубоко погружен в церковно-исторические споры, она все равно будет интересной. В конце концов, спорность не должна являться основным достоинством хорошей книги.

Александра Сопова

23 сентября

Источник: "Известия"