Мониторинг СМИ

Купола в стиле Фаберже

В подмосковном Переделкино строится уникальный храм

Уникальный соборный храм в честь святого благоверного великого князя Игоря Черниговского и Киевского строится в подмосковном Переделкино на территории резиденции Патриарха. Уникальность его заключается в том, что купол храма покрыт не привычным сусальным золотом, а хрупким фарфором.

О том, насколько трудно было воплотить эту изящную мысль в жизнь, «РГ» рассказал автор технической идеи, художник-керамист Юрий Волкотруб. Именно его мастерская «Гильдия мастеров» изготовила фарфоровые изразцы, украсившие купола.

Российская газета: Юрий Васильевич, купол из фарфора - весьма необычное и смелое решение. Керамикой вы занимаетесь двадцать лет, наверное, удивить вас не так-то просто. Откуда взялась эта красивая идея?

Юрий Волкотруб: Она навеяна храмом Василия Блаженного на Красной площади, его необычной формы разноцветными куполами. Смелость тех архитекторов дала возможность сделать что-то похожее. Архитектурный успех, кстати, им обошелся довольно дорого: чтобы не было похожих куполов на других храмах, их ослепили, выкололи им глаза. Спустя много веков построить храм с необычными куполами отважились благодетель и художественный руководитель Игорь Найвальт, архитектор Мария Литовская, автор металлической конструкции Михаил Топчин. Вообще всем нам, кто разрабатывал эту идею, страшно повезло. То, что купол очень сложной формы, это одно. Другое - как его сделать, да еще сделать из вечного материала: фарфор ведь не гниет и не теряет цвет. Купола никогда не покрывали таким способом и таким материалом. Полтора года где-то понадобилось на осмысление задачи, испытания и конструирование. Сейчас эта идея запатентована.

РГ: Как вы отреагировали на предложение изготовить такую конструкцию?

Волкотруб: Поначалу я ощутил испуг, потому что, по сути, ввязался в авантюру. Все получилось только благодаря тому, что мы верили друг в друга. Когда мне предложили сделать купол из фарфора, я ответил, что это невозможно. Зная материал, как он себя ведет в процессе изготовления, я понимал, что воплотить в жизнь это нереально. Дело в том, что изначально купол предлагалось делать из крупных деталей. Но крупные детали подвержены большим механическим нагрузками и поэтому недолговечны. Я долго думал над этим, пока меня не осенило - надо сделать из мелких! Просто привязать их на проволочки, будет предельно просто и надежно.

РГ: Расскажите, что представляет из себя конструкция?

Волкотруб: Это купол высотой с трехэтажный дом, десять метров в диаметре. Насыщенного ярко-синего цвета из двадцати четырех вертикальных долек, разделенных между собой золотыми валиками. Он состоит из 18 тысяч фарфоровых изразцов, которые сделаны с ювелирной точностью вручную. Мне эти изразцовые купола своей праздничной яркостью и разноцветием, сложностью форм напоминают знаменитые пасхальные яйца Фаберже. Все было просчитано на компьютере. Здесь очень сложная металлоконструкция, отсюда и сложная геометрия фарфоровой «чешуи». Дольки должны были совпасть идеально. Металлический каркас облицовывается керамическими изразцами, которые крепятся на сетку, прочно прикручиваются. Получается как раз не жесткая, а достаточно свободная конструкция, которой не страшны механические воздействия. Одно из везений заключалось в том, что с ребятами, которые делали металлоконструкцию, мы дружим и творчески, и человечески больше 15 лет. Мне посчастливилось сделать с ними много печек, от усадьбы «Михайловское» до камина в кабинете Владимира Путина. Я знал, что у них тоже творческое отношение к материалу.

РГ: Не случалось ли чуда, пока вы делали эту работу?

Волкотруб: Чудеса, конечно, случались. Во-первых, чудо в том, что все это было сделано в обычном поселке (Струги Красные Псковской области) обычными парнями. Они учились всему на ходу, никто из них керамику в глаза не видел. И вдруг сложился коллектив этих работяг, которые даже материться меньше стали. Понимание того, что делается купол на храм, что они решают какую-то сверхзадачу, повлияло на их поведение. Но самое главное чудо - это то, что встретились люди, которые одинаково загорелись, и один без другого этого бы просто не сделал.

РГ: Что вы ощутили, когда все закончилось?

Волкотруб: Когда эти 25 тонн цеплял кран, я немножко зажмурился, представил, как все это сейчас рухнет.

РГ: Расскажите про ощущения, которые вы испытали, когда делали печку в кабинете Пушкина?

Волкотруб: Это что-то удивительное. Как в кино попадаешь и что-то реальное в этом кино делаешь. Хочешь не хочешь, начинаешь вживаться в ту эпоху, повторяешь ту же технологию, те же приемы. Конечно, в этом есть кайф.

РГ: Каково было делать камин Путину?

Волкотруб: Это было в 2002 году. Три месяца стресса (смеется). Нужно было успеть сделать большой объем работы. Правда, когда Людмила Александровна похвалила, стали смелее поглядывать по сторонам, поняли, что с задачей справились.

Татьяна Владыкина

4 мая

Источник: "Российская газета"