Мониторинг СМИ

Загадка Аламанских святых

Агиос Созоменос. Пещерный храм. Фото: открытые источники

Аламанские святые – это 300 чужеземных монахов-аскетов, которые прибыли на Кипр примерно в VII–XI вв. и превратили местные леса, горы и долины в места своего подвижничества. И по сей день по всему острову можно найти их пещерные келлии, а свидетельства об их чудесах не прекращаются и в наши дни.

Эти загадочные святые стали близки моему сердцу, как только я начала посещать службы на Кипре. Мы отмечали дни их памяти, я видела их образы на иконах в храме и постепенно запоминала имена святых Кендея, Созомена, Каландиона и многих других. К тому же мне посчастливилось приложиться к мощам некоторых из них и побывать в нескольких пещерах, где они подвизались.

Читая их жития, я узнавала про их жизнь и подвижничество на Кипре, однако мне не так много было известно об их происхождении и о том, как же они появились на острове. Согласно некоторым официальным источникам, Аламанские святые прибыли из Сирии и Палестины, тогда как другие указывают на то, что они могли быть родом из Германии. Но почему же эти источники приводят такие разные версии? Мне всегда хотелось приоткрыть завесу этой тайны, и недавно я открыла для себя потрясающее исследование митрополита Морфского Неофита. Владыка не просто проливает свет на загадку Аламанских святых, но и раскрывает ту невидимую духовную нить, которая сквозь века неразрывно связывает Кипр, Сирию и Палестину.

Но для начала стоит прояснить, откуда возникла путаница с происхождением Аламанских святых.

Так, например, кипрский летописец Леонтий Махера описывает, что они прибыли на Кипр из Сирии и Палестины после того, как эти регионы были захвачены сарацинами. Однако позднее кипрские историки-латиняне – Флорио Вустронио и Этьен де Лузиньян – сознательно исказили эти факты в своих летописях, представив всё так, будто бы эти святые были латинянами, прибывшими на Кипр из Германии и других стран Западной Европы. Согласно их сводкам, Аламанские святые прибыли на остров во времена крестовых походов и почитались местными жителями, хотя и не были православными.

Более поздние кипрские историки использовали эти летописи как единственный источник информации. Впоследствии многие кипрские и зарубежные исследователи стали искать иные источники происхождения Аламанских святых, так как их греческие имена и форма их подвижничества указывали на православные истоки. Новые находки ученых приводят нас на север Сирии, где расположена гора Аманос и местность, где подвизались многочисленные монахи-аскеты.

В своем материале владыка Неофит отмечает особую географическую близость Кипра к Сирии: «Географически Кипр расположен к востоку Средиземноморья, всего в 75 км от Малой Азии и в 105 км от западного побережья Сирии. Таким образом, монастырь Апостола Андрея на севере Кипра в Карпасии находится ближе к Сирии, чем к Пафосу».

Однако Кипр и сиро-палестинский регион связывают не только география, но и глубокие духовные и культурные связи.

Владыка начинает повествование рассказом о своем паломничестве в Сирию и Ливан, которое он совершил по приглашению митрополита Аккарского Василия в ноябре 2010 года.

Он описывает посещение прибрежного города в Сирии под названием Тартус, где находится старинная церковь XIII в., посвященная Богородице. Сейчас она является музеем. Ее здание было построено на руинах базилики V века. Как оказалось, именно здесь, по преданию, Пресвятая Богородица и Иоанн Богослов останавливались по пути на Кипр, чтобы посетить Лазаря, друга Христова. Отсюда им предстояло переплыть на противоположный берег, где находился древний Китион[1]. Икона Пресвятой Богородицы в храме Панагии Ангелоктисти в деревне Кити на Кипре является еще одним доказательством этого события. На этой уникальной иконе X века изображена Богородица с евангелистом Лукой и другом Христа Лазарем.

В Сирии также есть пещера, где останавливался апостол Андрей перед своим прибытием на Кипр. И, конечно же, стоит упомянуть порт Селевкии Пиерии, который тоже был частью древней Сирии и откуда апостолы впервые отправились проповедовать Евангелие на Кипр.

Далее перед нами предстает хронология прибытия на остров первых сиро-палестинских подвижников.

Так, в III веке н.э. из региона Лаодикии святой Артемон вначале прибывает на мыс Кормакитис, который находится на северо-западе острова, а затем посещает селение Авлону, где, по его молитвам, появился святой источник для Крещения. Святой Артемон стал просветителем не только региона Морфу, но и всего Кипра.

Затем преподобный Иларион Великий (291–371) принес на Кипр традиции палестинского монашества. Сначала он поселился в окрестностях Пафоса, но из-за притока паломников ушел вглубь острова – в труднодоступную, скалистую местность.

Вслед за ним на остров в IX в. прибыл святой Епифаний из местности Весадук в Палестине. Он был учеником святого Илариона Великого и впоследствии стал важным иерархом, который способствовал появлению автокефалии у Кипрской Церкви.

Свя­щен­но­му­че­ник Фе­ра­понт, епи­скоп Кипр­ский. Фото: ortox.ru

Святой Ферапонт, Епископ Китийский, после нападения арабов прибыл на Кипр из Палестины. Впоследствии он стал священномучеником во время набегов арабов на Кипр – когда они ворвались в собор, святитель Ферапонт отказался прервать службу и был убит (обезглавлен) прямо у алтаря, во время совершения Божественной литургии.

Но самое важное открытие, которое помогает в разгадке происхождения Аламанских святых, произошло в базилике Св. Симеона Столпника, на северной границе Сирии, рядом с Алеппо. Эта базилика долгое время удерживала статус крупнейшего христианского храма в мире и считалась величайшим примером Византийской архитектуры после собора Святой Софии в Константинополе. В центре базилики до сих пор сохранилось основание столпа, на котором подвизался святой Симеон.

Находясь здесь, владыка Неофит попросил принести ему карту современной Сирии. Он нашел на карте то место, где находится базилика, и кто-то из его помощников вдруг указал на большой горный массив, пролегающий между Александрийским проливом и базиликой святого Симеона – это была гора Аманос. Так как карта была на арабском, перед словом Аманос был артикль «аль», так что полное название читалось как «аль-Аманос». И не осталось никаких сомнений, что Аламанские святые были именно из этих мест.

Гора Аманос, которая сейчас находится на границе Турции, в прошлом была частью северной Сирии. Этот горный массив известен под разными именами. Древнейшее из них – древнегреческое название «Аманос». В Турции он известен как «Нур», что в переводе означает «Горы Святого Света», а также как «Гявур даг», что означает «Горы неверных». Так мусульмане называли этот массив из-за того, что в его ущельях веками укрывалось коренное христианское население. В то время как в Византийских источниках упоминается название «Черная Гора» (Μαῦρον ὄρος). Отсюда получил свое имя монах Никон Черногорец – выдающийся византийский церковный писатель и канонист XI века, который тоже жил на горе Аллукам (Черной Горе).

Кипрский исследователь Димитриос Хаджиафанасиу пишет о горе Аманос: «Гора Аллукам, которую франки называют ‟Аламанос”, а турки – ‟Гавюр даг” (Гора Неверных), служила оплотом Византийской империи до прихода сюда ислама. В Арабских летописях эта гора получила название ‟Джабаль Асвад” (Черная Гора), благодаря своему цвету. Многие географы описывают ее как природную границу между Сирией и Турцией. Длина этого горного массива составляет 170 км, а его ширина – 30 км. Он возвышается над западом Антиохии и востоком Александретты[2]. Его самый высокий пик называется Акка, то есть ‟Белая Гора”, и возвышается на 2,500 м над уровнем моря в районе Алеппо. В Аламанской долине было множество крепостей. Там же состоялось знаменитое сражение Александра Македонского и Дария III (битва при Иссе). Местные жители оставались независимыми во время правления как Римской, так и Византийской империи. Арабы называли этих жителей ‟аль-Джара́джима”[3], а их столицей был город Джурджу́ма, который бесследно исчез с лица земли.

Византийский император Никифор II Фока поселил там армянских воинов для защиты границ, впоследствии они создали свое независимое государство и начали помогать крестоносцам. Но из-за внутренних противоречий этот регион перешел под контроль мусульман. Вплоть до XIII века там существовало несколько монастырей, принадлежащих грекам и латинянам, с большим количеством монашествующих разных национальностей».

Среди нескольких монастырей, найденных в районе Аламанос, владыка Неофит отмечает следующие.

1. Монастырь святого Симеона Дивногорца.

Это место было освящено подвигами святого Симеона Столпника Младшего. Его мать, святая Марфа Дивногорская, часто посещала сына на его столпе, помогала паломникам и была похоронена прямо на территории монастыря. Еще сюда съезжалось множество паломников и учеников святого самых разных национальностей: ромеи (византийские греки), грузины, палестинцы, латиняне и армяне-халкидониты[4].

Прп. Симеон Столпник Дивногорец. Роспись храма Богородицы в Ахтале. Между 1205 и 1216 гг. Фото: В. Е. Сусленков, репродукция

Официальным автором древнейшего и главного жития преподобного Симеона Дивногорца (Младшего) является Архиепископ Кипрский Аркадий, который духовно сформировался под влиянием монашеской общины святого Симеона.

В 1177-м г. византийский монах Иоанн Фока в описании своего паломничества в сиро-палестинский регион дает последовательный обзор замков и земель Сирии, Финикии и Святой Земли Палестинской по пути от Антиохии до Иерусалима. В самом начале своего путешествия он прибывает к реке Оронт, на которой стоит Антиохия. В своих трудах он пишет: «На окраинах Дафны пригород увенчан всевозможными деревьями и густой растительностью; а рядом с ним находится Дивная Гора, где жил творящий чудеса Симеон. Эта гора примыкает к Черной Горе и ее крутым утесам, где в прежние времена обитало множество боголюбивых мужей, искавших уединенной жизни, и даже сейчас некоторые из их прекрасных скитов и монастырей выживают среди чащ этих диких гор».

2. Пещера св. Иоанна Златоуста

В окрестностях Антиохии – на Черной Горе, в пещерах горы Сильпиус и по берегам реки Оронт – в то время подвизалось множество монахов-отшельников, живших обособленно, по двое или по трое, или же в киновиях. По мнению исследователей, именно на горе Сильпиус в 372-м году уединился и начал вести аскетическую жизнь под руководством духовных наставников святой Иоанн Златоуст. Также к этим священным землям великой Антиохии восходят духовные истоки отцов – последователей святого Иоанна Златоуста, основавших монастырь в Кутсовендисе[5], на горном хребте Пентадактилос на Кипре.

Монастырь Богородицы Роидион в Черных Горах Аламанос. Фото: ru.wikipedia.org

3. Монастырь Богородицы Роидион в Черных Горах Аламанос

Этот монастырь тесно связан с монахом Никоном Черногорцем. Никон родился в 1025-м г. в Константинополе. Повзрослев, он отправился на восток, к Черной Горе, которая славилась своими аскетами, и стал послушником у Луки, бывшего митрополита Аназарбского. Лука жил какое-то время в пещере Святого Иоанна Златоуста, а затем основал свой монастырь на склонах Черной Горы. В распоряжении Никона была богатая библиотека монастыря Святого Симеона на Дивной Горе, где он прожил много лет. Там он изучал и собирал уставы различных монастырей, став, по сути, одним из первых исследователей и составителей древних церковных архивов. Позже мы застаем его на Черной (Аманосской) Горе, в монастыре Пресвятой Богородицы Роидион, где он поддерживал очень теплые отношения с православными армянами-халкидонитами. Никон Черногорец также вел регулярную переписку с игуменом кипрского монастыря Куцовентис – герондой Георгием. Никон обращался к игумену Георгию как к «честно́му духовному отцу», а сам смиренно именовал себя его недостойным чадом.

4. Грузинские монахи

Грузинская Церковь веками относилась к Антиохийскому патриархату. Многие грузинские монахи были последователями аскетической жизни Дивной и Черной Горы. Одним из примеров этой духовной связи является святой Георгий Святогорец (XI век). Он родился в Грузии в 1009-м году и обучался в Константинополе. Затем он стал монахом на Черной Горе в Сирии. Проведя 3 года там, он обосновался в обители Иверон на Афоне в 1040-м году. Спустя 4 года он стал настоятелем монастыря и оставался там вплоть до 1056 года. В это время он оставил свой пост, и, покинув Афон, вновь обосновался на Черной Горе, для того чтобы переводить церковные тексты и уставы с греческого на грузинский. В 1057–60-м гг. он вернулся в Грузию и провел там важные церковные реформы. Благодаря безупречному знанию греческого языка он внес большой вклад в духовную жизнь Грузинской Церкви, переведя все важные тексты греческой церковной литературы на грузинский. Его жизнеописание, составленное после его кончины, предназначалось для грузинских монахов, подвизавшихся не только в Византийской империи, но и в монастырских центрах Антиохии и Сирии.

Переводческая деятельность грузинских монахов, подвизавшихся на Черной и Дивной Горе, также затронула и Кипр. В 977-м г. грузинские монахи перевели на грузинский «Духовный луг» (Лимонарь) Иоанна Мосха, включая особое дополнение из 30 новелл, которое имеет надпись: «Главы сии, подобные Лимонарю, найдены на Кипре, в месте, называемом Теоморф». Историки называют автора этих текстов «Продолжатель Мосха». В тоже самое время в X в. на Кипре началось строительство монастыря Галия недалеко от Полиса Хрисохуса. Грузинские монастыри на Кипре имели тесные духовные связи с монашескими центрами Северной Сирии, в частности, с обителью Святого Симеона Дивногорца и наследием Никона Черногорца (XI–XII века). Таким образом, взаимоотношения Кипра с Черной и Дивной Горами были давними, глубокими и оставались непрерывными вплоть до XIII века.

5. Монастырь Кастана на Черной Горе

6. Церковь Св. Пантелеймона

7. Церковь Св. Спиридона

8. Церковь Св. Мелетия

9. Церковь Св. Георгия, XII в.

10. Монастырь Пророка Илии, 1023 г.

Свидетельство 1244 года Жака де Витри подтверждает, что монахи активно переписывали здесь рукописи, включая Толкование Иоанна Златоуста на Евангелие от Матфея.

11. Монастырь Панагии (Богородицы) в землях аль-Джараджима (в горах Аманос).

12. Церковь Святого Евсевия в Скопелосе.

13. Церковь Святого Феодосия Антиохийского в Скопелосe.

14. Церковь Св. Евсевия в Скопелосе.

15. Церковь Св. Феодосия Антиохийского в Скопелосе.

Все вышеперечисленные монастыри, церкви и скиты свидетельствуют о том, что горы и холмы, окружающие Антиохию и Александреттский залив, представляли собой очень важный монашеский центр. Возникнув еще в VI веке и пережив период упадка после начала арабских набегов (в 638-м г.), этот регион вновь пережил эпоху расцвета с 1060 г. вплоть до конца XIII века.

Кипр, расположенный всего в нескольких километрах от Северной Сирии, граничил с этим крупным монашеским центром, который историки долгое время игнорировали, обходили стороной или не замечали, когда исследовали происхождение Аламанских святых. Этим центром была Антиохия с Дивной Горой святого Симеона Дивногорца (Младшего Столпника), Скопелосом, монастырем Русо (Черногорским), Горой Сен-Пьер[6] и Черной Горой, как называли ее франки, или хребтом Аль-Аманос, как ее называли арабы.

Истоки Аламанских святых

Как объясняет владыка, происхождение Аламанских святых на протяжении долгого времени занимало умы многих историков, исследователей и агиологов. Их мнения разделились: одни были уверены, что святые прибыли из Германии, а другие утверждали, что они бежали из Палестины. Многие письменные источники поддерживают последнюю версию. Например, святой Феофан Исповедник писал в своей «Хронографии», что в период с 812 по 816 гг. «многие из христиан Палестины, как монахи, так и миряне, а также со всей Сирии, прибыли на Кипр, стремясь спастись от многочисленных бедствий, причиняемых арабами. Немало христиан приняли мученическую смерть. Другие же переправились на Кипр, а оттуда – в Константинополь. Царь пожаловал тем, кто прибыл в Константинополь, богатый монастырь, а тем, кто остался на Кипре – как монахам, так и мирянам – послал талант золота и позаботился о том, чтобы во всех отношениях обеспечить их в полной мере».

Те же события описывает и Леонтий Махера в своей летописи под названием «Повесть о сладкой земле Кипр»: «Когда сарацины захватили Землю Обетованную, несчастные христиане покинули свои дома и побежали туда, где надеялись обрести спасение. Среди них были архиепископы, епископы, священники и миряне, и шли они, куда являлась возможность. И на славном Кипре также образовалось содружество, числом около трехсот душ; из страха привлечь внимание они не держались вместе, а разошлись в разные концы острова, где вели суровую, изнурительную жизнь на этой земле и непрестанно молились Богу. И скончались они на этом самом острове, и многие из них были явлены по указанию ангела, а другие – прославлены великими чудесами».

Тот же летописец, говоря о «явленных святых» в землях Киринии, сообщает: «и он один из тех трехсот, что покинули Сирию». Таким образом, здесь Махера единственный раз прямо раскрывает нам подлинное место происхождения трехсот отцов.

Об этом же свидетельствует византийский манускрипт из Британской библиотеки, который подтверждает, что на Кипр прибыла крупная волна сиро-палестинских монахов.

На карте Клавдия Птолемея, изданной в 1541-м году, отчетливо прослеживается горный хребет Аманос, в районе которого отмечен город Германикея, основанный как город-государство еще около 1000 года до н. э., в римско-византийскую эпоху. Впоследствии турки переименовали его в Мараш, а в 1973-м году город получил свое современное название – Кахраманмараш, что в переводе с турецкого означает «героический Мараш».

Этот факт еще раз подчеркивает, что многие исследователи-историки ошибочно искали корни Аламанских святых в Германии или других странах Западной Европы из-за созвучия географических названий.

Владыка Неофит проводит еще одну параллель по поводу этимологии слова Аламанский. Во французском к географическому названию Аманос прибавляется артикль «le», а также иногда предлог «à», что в итоге выглядит, как «à l'Amanos» (Аламанос). Эта гипотеза довольно правдоподобна, особенно если учесть, что в XII в. французский язык был довольно распространен на Кипре, так как остров находился под правлением Лузиньянов.

Гора Аманос (Черная гора) в Киликии вплоть до XIII века была крупнейшим монашеским центром, сопоставимым по своему значению со Святой Горой Афон. На этих обширных территориях бок о бок подвизались представители разных народов и традиций: православные греки, грузины, арабы-мелькиты, а также армяне-халкидониты.

Акриты и гора Аманос

В периоды войн и геополитических потрясений многие монахи Черной Горы нашли спасение на Кипре. Начиная с VII века, выходцы из региона Аманоса, легендарные византийские пограничники – акриты, апелаты и мардаиты – начали массово переселяться на остров. Эти воинские сословия встали на защиту Кипра.

Акриты играли важную роль в духовной жизни острова и его фольклоре.

Так, например, Дигенис Акрит занимает центральное место в национальном самосознании киприотов и кипрском фольклоре, будучи героем византийского эпоса. Со временем на Кипре этот эпос трансформировался в уникальный цикл народных песен и сказаний. Киприоты превратили Дигениса Акрита из далекого анатолийского воина в местного великана-защитника, чьи следы видны по всему острову. Помимо этого, прослеживается связь между ним и Горой Аманос. Например, соратников Дигениса Акрита иногда называют «мавруретес акритес», что означает «Чернохвостые Акриты» (от греч. μαύρος – черный, οὐρά – хвост). Это особый византийский пограничный отряд или военное формирование, набранное из местных горцев и мардаитов, которые вели партизанскую и оборонительную войну в районе хребта Аллукам (Аманос) против арабских набегов.

Далее владыка приводит исторические примеры того, как акриты повлияли на Кипр и духовную жизнь острова после XII в.

Греческий историк-византинист Христос Макрипулиас пишет: «Мардаиты впервые заявляют о себе на исторической арене в VII веке, при этом мнения исследователей относительно их происхождения расходятся. Согласно наиболее распространенной теории, их отождествляют с народом джараджима – этносом, населявшим Гору Аманос (известную в арабской традиции, как Черная гора, или Алуккам) в Сирии, а также заболоченные территории к северу от Антиохии.

Само название ‟джараджима” восходит либо к наименованию провинции Гургум в Германикийском регионе, либо к небольшому укрепленному городку Джурджума, который располагался между Алеппо и Александреттой. Джурджума служила главным оплотом джараджима и была окончательно разрушена арабами в 708-м году в ходе подавления масштабного восстания, которое те подняли и обеспечивали ресурсами».

Когда в 688-м году между Императором Юстинианом II и арабским халифом Абд аль-Маликом был заключен мирный договор, предусматривавший вывод мардаитов из некоторых районов Ливана и Сирии, часть этого народа была переселена в Анталию, которая расположена напротив залива Морфу. Примечательно, что в местах прежнего проживания мардаитов к востоку от ливанского Триполи и по сей день сохранилось около 30 паломнических мест, посвященных Святому Маманту.

Несмотря на некоторую критику историками мирного договора Юстиниана II и Абд аль-Малика, переселение мардаитов на Кипр спасло остров во время набегов арабов.

Другой греческий историк-византинист – Константин Сатас – пишет в связи с этим: «…гарнизон этой области состоял из воинов-мардаитов, набранных в районе Таврских гор. Относительно этих мардаитов существует множество полярных мнений, дающих нам более полную картину их перемещений. Согласно византийским хронографам, имело место массовое переселение этого мигрирующего населения из региона Тавра на прилегающие острова и пограничные территории».

Песня об Армурисе, которую упоминает Сатас, по мнению экспертов, является старейшей акритской песней. Этот памятник фольклора сохранился исключительно на Кипре и Карпатосе. Ее главный герой Дигенис Акрит преследует сарацин и, как гласит песня, «направился туда, к Сирийским дверям». Под «Сирийскими дверями» подразумеваются Сирийские Ворота – древний горный проход, соединяющий Сирию с Киликией. Как отмечает профессор Николаос Кономис: «Местом, где Дигенис сражался с этими врагами, являются ущелья Каппадокии и Киликии, а прозвище ‟Каппадокиец” напоминает об извечном поле битвы между арабами и византийцами».

Мардаиты принесли с собой традиции почитания собственных святых, в особенности святого Георгия и святого Маманта. В X в. акриты основали на Кипре монастырь Святого Георгия Ориатского (Ригатского) неподалеку от деревни Кира Морфу. Стоит отметить, что само слово «акрит» означает «страж границы» (от греческого ἄκρα – рубеж, окраина).

В XI в. на Кипр прибыли беженцы из восточных земель. Кипрский профессор Теодорос Янгу во введении к «Книгам святого Неофита», изданным Священным монастырем святого Неофита, пишет: «Кипр стал естественным убежищем для христиан Сирии и Киликии, оказавшихся под угрозой ислама. Этот приют стал особенно востребован после падения Антиохии под натиском турок-сельджуков в 1084-м году, когда начался упадок монашества древнего Антиохийского патриархата, которое в течение целого столетия (970–1084 гг.) имело возможность свободно развиваться под защитой Константинополя. (...) Кипр представлял собой идеальное место, поскольку все еще оставался свободным и находился под властью византийского Императора.

К тому же, существование вблизи Теоморфоса (Морфу) деревни Сирианохори, исторически основанной сирийскими христианами, служит материальным свидетельством их переселения на остров в эпоху Аламанских святых. Эту историческую связь подтверждают и археологические памятники: вплоть до недавнего времени (до 2010 года) в западном внутреннем дворе церкви Святого Николая в Сирианохори сохранялись возведенные колонны, принадлежавшие, по всей видимости, раннехристианскому храму того же переходного периода».

Французский историк-византинист Жан Даррузес утверждает, что «истоки духовной жизни на Кипре неразрывно связаны с расположенными напротив него Палестиной, Антиохией и южными регионами Малой Азии». В тоже время он доказал, что Кипр являлся «интеллектуальным форпостом» и духовной периферией этих стран, чутко реагирующим на любые византийские богословские споры.

Данный вывод Даррузеса емко резюмирует геополитическую и религиозную реальность, которая сохранялась на протяжении многих веков.

Монастырь Иоанна Златоуста в Кутсовендисе и Аманос

Монастырь Иоанна Златоуста в Кутсовендисе. Фото: johnsanidopoulos.com

Культурное и духовное наследие Кипра в конце XI века пополнилось важной вехой: прибывшие на остров монахи основали монастырь Святого Иоанна Златоуста в Кутсовендисе. Эта обитель сыграла исключительную роль в духовном развитии острова. Как отмечает исследователь Теодорос Янгу, монастырь в Кутсовендисе был основан в самом конце XI века – его освящение состоялось 9 декабря 1090 г. монахом Георгием. Из дошедших до нас исторических источников очевидно, что монах Георгий имел тесные духовные связи с антиохийским монашеством – в частности, с монастырем Святого Симеона Дивногорца, расположенным на Дивной Горе в западных окрестностях Антиохии.

Эта глубокая преемственность нашла яркое отражение в особом благоговении и почитании, с которым братия Златоустовского монастыря относилась к святому Симеону Дивногорцу. Так, в литургическом уставе Кутсовендиса в предписании на 24 мая прямо указано: «Преподобный и богоносный отец наш Симеон Дивногорец, воспринятый святой обителью Златоуста как ее верный хранитель и великий заступник в душевных скорбях».

Связь игумена Георгия с Антиохией еще более наглядно подтверждается в «Тактиконе» монаха Никона Черногорца (Мавруреитиса), который, прежде чем основать собственную обитель на Черной горе, сам долгие годы подвизался в монастыре Святого Симеона Дивногорца.

Также здесь стоит отметить, что святой Неофит Затворник – кипрский подвижник и основатель скита Энклистра близ Пафоса, а также святой Неофит – выходец из Палестины и основатель монастыря Махерас – имели тесные духовные связи с монастырем Кутсовендис.

Период с XI по XV век

Из всех вышеперечисленных исторических фактов становится очевидно, что в период с XI по XIII вв. многие христиане с Горы Аманос и близлежащих регионов прибыли на Кипр.

Впоследствии турецко-туркоманские набеги заложили основу для этнической, экономической, религиозной и политической трансформации Малой Азии в период с XI по XV век, что привело к исламизации некогда процветающих малоазийских регионов Византийской империи, как это подробно проанализировано в труде историка Спироса Вриониса.

Искоренение христианского населения в восточной части Малой Азии в конце XI века, последовавшее за разгромом византийской армии при Манцикерте в 1071-м году, ярко описывает армянский летописец Матфей Эдесский: «Во всем регионе от Киликии до Тарса, в Германикии, Долихе и на их окраинах воцарился враг. Завоевателей было больше, чем камней в Синайской пустыне, и страну наводнили эти огромные полчища. Знатные люди, вельможи, военачальники и правители скитались, выпрашивая кусок хлеба. Сие скорбное зрелище мы лицезрели собственными глазами».

Стремясь удержать ключевые форпосты византийского мира, включая Кипр, империя прилагала отчаянные усилия. Так, в конце XI – начале XII вв., при династии Комнинов, в горах Кипра были возведены оборонительные замки – Буффавенто, Святого Иллариона и Кантара. В 1228-м году в Кантару прибыли аскеты Иоанн и Конон, покинувшие Добрую Гору в малоазийской Памфилии. Прежде чем обосноваться там, они посетили монастырь Махерас, а затем обитель Святого Иоанна Златоуста (Кутсовендис), после чего дошли до монастыря Панагии Кантариотиссы, расположенного близ замка Кантара. Праведная жизнь и строгий аскетизм святого Иоанна и святого Конона привлекли к ним других кипрских монахов. Как известно, эта община подверглась преследованиям со стороны католических властей, и 19 мая 1231 года 13 кантарских монахов приняли мученическую смерть от рук латинян.

Как повествует владыка, после падения в 1291-м году Акры – последнего оплота крестоносцев в Палестине – на Кипр хлынула новая волна беженцев из числа сирийских православных христиан. Будучи многоязычными носителями высокой культуры, они смогли творчески объединить ближневосточные традиции с наследием Запада. Этот уникальный дух нашел яркое отражение в иконописи и фресках той эпохи. В качестве примеров владыка приводит сирийского мастера Иосифа Хуриса, создавшего в 1544-м году иконы для иконостаса монастыря Святого Неофита в Пафосе, а также знаменитого иконописца Филиппа Гула. Фрески Гула в церквях Ставрос ту Агиасмати в Платанистасе и Святого Маманта в Луварасе наглядно демонстрируют глубокое и органичное восприятие византийским искусством художественных приемов западноевропейской живописи.

Таким образом, сирийские аскетические традиции стали одним из истоков духовного становления Кипра, укрепив духовные связи острова с христианским Востоком. В поисках разгадки происхождения Аламанских святых я открыла для себя нечто большее – что их прибытие на остров было не просто единичным эпизодом в кипрской истории, а закономерным продолжением тесных многовековых связей острова с сиро-палестинским регионом.

И хотя жизнь этих трехсот подвижников протекала в уединении, память о них продолжает жить и сегодня. О них напоминают почитаемые святые мощи, свидетельства чудес и пещеры, в которых они совершали свои духовные подвиги.

***

 [1] Китион (Кίτιον) – один из старейших и наиболее значимых древних городов-государств на южном побережье Кипра, основанный в XIII веке до н.э.

[2] Александретта – это историческое название крупного портового города, сейчас известного как Искендерун. Основанный в 333-м г. Александром Македонским, город веками служил важнейшим торговым и военным узлом, связывающим Средиземное море с Сирией, Месопотамией и внутренними регионами Анатолии.

[3] Аль-Джараджима (в византийских источниках известные как мардаиты) – это раннехристианские племена, населявшие высокогорные районы хребта Аманос.

[4] Армяне-халкидониты (православные армяне) – этноконфессиональная группа армян, которая в Средние века приняла догматы Халкидонского Собора (451 г.) и исповедовала Православие византийского (греческого) образца, в отличие от большинства своих соотечественников.

[5] Монастырь в Кутсовендисе – ставропигиальный мужской монастырь в честь Св. Иоанна Златоуста. Основанный в XI в., он являлся важнейшей византийской монашеской обителью на склонах горного хребта Пентадактилос (Кирения). С 1974 г. монастырь прекратил существование как религиозный и культурный объект в результате турецкого вторжения на Кипр.

[6] Гора Сент-Пьер (гора Святого Петра) – знаменитая пещерная церковь Святого Петра, высеченная прямо в скале горы Стаурин (часть системы Черной Горы). По преданию, именно в этой пещере собирались первые ученики Христа, и именно здесь верующие впервые стали называться «христианами».

Елена Мишина

5 ноября 2026

Источник: "Православие.ru"