Мониторинг СМИ

Протоиерей Александр Козачук: «Териберка – край земли, дальше только полюс»

Миниатюрная карта Лапландии, изображающая северо-западное побережье Кольского п-ва. Внизу карты виден Кольский острог. Показаны населенные пункты по берегам, остров Кильдин. На мысе Святой Нос обозначен поморский крест. В правом верхнем углу изображены три лопаря. Литография из книги «Warhafftige Relation. Der dreyen newen vnerhorten, seltzamen Schiffart, so die hollandischen vnd seelandischen Schiff gegen Mitternacht, drey Jar nach einander, als Anno 1594. 1595. vnd 1596. verricht. : Wie sie Nottvvegen, Lappiam, Biarmiam, vnd Russiam, oder Moscoviam» 1598 /Veer,Gerrit de/ Иллюстрация: kolamap.ru

Древнее поморское село Териберка. Это край земли. Суровое Баренцево море и немногим более двух тысяч километров до Северного полюса. Этот суровый край стал знаменит после выхода фильма Андрея Звягинцева «Левиафан». Но надо отметить, что в селе Териберка было два замечательных и, к сожалению, ныне утраченных храма. И богатые православные традиции.

– Отец Александр, вы возглавляете приход Тихвинской иконы Божией Матери в селе Териберка Мурманской области. Расскажите, пожалуйста, как в этих краях появилось Православие.

– Если говорить о Териберке, то мы смотрим на исторические документы, и они говорят нам о XVI веке. С XVI века это было становище. Что такое становище для Мурмана, для северного побережья Баренцева моря, Кольского полуострова? Это место, где люди занимались промыслом трески. Если говорить о реках, тут есть и семга. Но в основном, если мы говорим о поморах, о людях моря, это те, которые выходили сюда на промысел большой настоящей белой рыбы – трески. Фактически это становище было с XVI века до 1875 года. Дальше Териберка становится селом, потому что появляется первый храм. В 1875 году жители Териберки построили небольшой Ильинский храм. Зимний, размером десять на четыре с половиной метра. А через одиннадцать лет, в 1886 году, был освящен храм в честь иконы Грузинской Божией Матери. Получается, что Териберка стала единственным поселением на Мурмане, то есть на берегу Баренцева моря, которое имело именно два храма – зимний и летний.

Церковь Грузинской иконы Божией Матери. Фото: pastvu.com

– Моряки издавна почитали святителя Николая. Есть ли какая-то информация, почему храмы были названы не в его честь?

– Дело все в том, что Териберкой не ограничивается вся наша Кольская земля и наш берег. И действительно, были и Никольские часовни, и Никольские храмы. Есть даже такое выражение: «От Варзуги (т.е. от Терского берега) до Колы тридцать три Николы». То есть Николай Чудотворец был очень почитаем. Я вам скажу даже больше – сейчас в Мурманске кафедральный собор освящен в честь святителя Николая. Строящийся собор будет Свято-Николаевский, но уже не в честь Николая Чудотворца, а в честь Николая II, императора. То есть, конечно, Николай Чудотворец, архиепископ Мирликийский, почитается везде, но он особо почитается именно на тех территориях, которые граничат с морем. Кольский полуостров, берег Баренцева моря, берег Белого моря – не исключение.

Грузинская икона Божией Матери

– Расскажите о служении на этом отдаленном приходе.

– Надо сказать прямо, что я не постоянный священник, хотя бы по той причине, что, несмотря на известность Териберки, здесь слишком много нужно сделать, технических вопросов порешать для того, чтобы священник мог тут физически выжить. Если монах еще мог бы попытаться, то для женатого священника на данный момент это невозможно. Являясь настоятелем Свято-Андреевского морского кафедрального собора в городе Североморске, главного храма Северного флота, я был назначен после убытия на СВО священника, который окормлял этот приход, возглавлять его. Я с огромной радостью, воодушевлением принял это предложение. Я бы сказал даже больше. Я попросил об этом, уговорил, чтобы меня благословил наш владыка. И я ему за это благодарен. Надеюсь и верю, что все те планы, которые у нас есть впереди по возрождению храмов, бывших здесь, обязательно сбудутся.

Протоиерей Александр Козачук. Фото: pravoslavie.ru

– Мы обязательно поговорим об этом чуть позже, а пока расскажите о том, что есть сейчас. Здание, в котором проходят службы, это ведь не храм?

– Это приспособленное здание. На самом деле, этому зданию много лет. Оно было построено в 1957 году. Тут жили простые люди – четыре семьи. Но впоследствии Териберка, Лодейное стали фактически вымирать, будем говорить прямо, и это помещение, весь этот дом, освободился и был передан в 1990-х годах приходу. И впоследствии, когда приход занял это место, начали делать ремонт и приспосабливать его для церковных нужд. На втором этаже организовали небольшой храм в честь Тихвинской иконы Божией Матери, Покровительницы Севера. На первом этаже у нас есть своя кухня, комната священника, кладовая, место, где мы можем встретить людей за трапезой. Также у нас есть маленький приходской музей.

Храм Тихвинской иконы Божией Матери в Териберке. Фото: pravoslavie.ru

– Какова специфика служения в Заполярье в целом и в Териберке в частности?

– Это все-таки край земли. Во всех отношениях. Мы находимся в арктической зоне, а Териберка – это океан, дальше только полюс. Я бы сказал больше о Териберке, как о феномене самого Заполярья. Дело в том, что Териберка долгое время была заброшенным поселком. Конечно, в советское время, в 1960-е годы, здесь было два рыбколхоза и до шести с половиной тысяч населения. Сейчас осталось в десять раз меньше. Шестьсот человек живет. Но благодаря фильму «Левиафан» сюда потянулись люди. К этому фильму отношение может быть разное. У меня оно не самое положительное. Но этот момент можно было бы религиозно обозначить так – Господь даже зло в добро обращает. К Териберке появился интерес. Если по-честному, люди, приезжавшие сюда еще в самом начале, в 2014–2015 годах, приезжали ради этой бесхозности, но в то же время невероятно красивой природы. Время прошло, и построили много всяких гостиниц, кафе, ресторанов. Протоптали тропы, где люди не ходили, и медведи боялись ходить. Но за это время Териберка очень сильно изменилась. Это уже совсем не та Териберка, и меня это лично заводит. Почему? Если мы ограничимся Териберкой инстаграмной, то мы потеряем то, чем она была столетиями, а именно – поморским поселением. Поэтому я считаю, что особенностью и целью моего служения здесь должно быть некое возвращение к тому исконному традиционному укладу или хотя бы, как минимум, благоговейной и доброй памяти с уважением к прошлому, которое должно быть очевидно людям, приезжающим сюда. Ограничиться только Батарейским водопадом, «яйцами динозавра», пляжем, «концом всех дорог» и многими другими локациями, которые по большому счету не несут никакой смысловой нагрузки, так как в большой степени эти локации придуманные, неплохо. Но хотелось бы взять что-то живое, то, чем жили здесь люди. То есть некую реальность, в которой жили веками. Это как раз касается и возрождения храмов, о которых я говорил.

– Давайте поговорим о ваших планах по возрождению приходов.

– Это напрямую вытекает из желания вернуть Териберке ее исконный уклад. Сделать это сейчас, конечно, невозможно. Слишком жизнь изменилась. Но, в любом случае, когда люди приезжают в подобные места (в Плёс, например), они хотят видеть не какие-то хай-тек сооружения, минимализм. Они хотят видеть исконную Россию. Россию купеческую. Россию XIX – начала XX века. Мне кажется, что людям было бы интересно, взирая на фотографии середины XIX века – начала XX века, все-таки в Териберке что-то из этого увидеть.

Я думаю, буду прав, если скажу, что паломничество совершается не в пустые места, где ты будешь пальцем показывать и говорить: «Здесь когда-то был храм, здесь когда-то была часовня, здесь когда-то был крест». Нам нужно возродить материальные сооружения – храмы. Пусть они будут новоделами, но мы с такой любовью хотим это сделать, привлечем сюда таких специалистов, которые сделают все возможное, чтобы люди, увидев их, сказали: «Мы не можем это отличить от тех храмов, которые были на фотографиях прошлого и даже позапрошлого века».

Териберский маяк. Фото: pravoslavie.ru

Ничего не осталось, будем честны. Среди того «шанхая», которым сейчас является Териберка, есть еще надежда на возрождение храмов, особенно в честь Грузинской иконы Божией Матери – это главная архитектурная доминанта, которая всегда отличала Териберку как поморское поселение до всех этих трансформаций. Если мы возродим этот храм в историческом виде на историческом месте, то даже сейчас, несмотря на то, что есть многие другие строения, нам удастся все-таки немножко притянуть Териберку в это доброе прошлое.

Преподобный Трифон Печенгский

А Ильинский храм, который был освящен раньше, нам не удастся возродить на историческом месте, но удастся возродить в историческом виде. Это будет, мы очень в это верим, в той локации, где мы сейчас с вами находимся. Мы рассчитываем на то, что наш губернатор даст нам два участка земли в собственность для возрождения первого храма, о котором я рассказал, и Ильинского храма, который мы хотим возродить именно здесь. Почему? Потому что живут люди в Териберке в основном в Лодейном, так называемой Новой Териберке. А в старой Териберке это в большей степени бизнес. Люди там живут, но их очень немного. В основном все живут здесь. Поэтому для живущих здесь и при таких непростых метеоусловиях иметь храм в шаговой доступности один в один как он был двести лет назад, чуть поменьше, будет здорово. Кстати, с момента освящения храма в честь Грузинской Божией Матери, как главной исторической достопримечательности прошлого, в этом году 18 апреля исполняется 140 лет. Я думаю, у нас будут какие-то особые мероприятия, посвященные этому событию.

Преподобный Варлаам Керетский

​– Какие самые почитаемые святые Кольской земли?

– У нас есть такое понятие – Кольская троица. Это понятие введено владыкой Митрофаном, который сейчас возглавляет Мурманскую митрополию. Это человек, который посвятил много лет своей жизни изучению житий святых. Особое его внимание было уделено трем святым: Феодориту Кольскому, Трифону Печенгскому и Варлааму Керетскому. Это очень разные люди. Когда с упоением слушаешь определенные выкладки владыки Митрофана, исторические догадки, предположения, они захватывают духовной пользой. Даже если есть какие-то, возможно, спорные моменты, именно его подход лично мне ближе. Если есть какие-то моменты, с которыми спорят даже наши священники, я задаю себе простой вопрос: какой вид жития был бы полезен для моей души, лично для меня, даже если бы он не соответствовал действительности? Тот, о котором говорит владыка Митрофан.

Святой Варлаам Керетский. Скульптура в Териберке.Фото: pravoslavie.ru

– У вас есть в планах установка памятника преподобному Варлааму Керетскому.

– Да. Я по благословению владыки обратился к губернатору Мурманской области, Андрею Владимировичу Чибису. Он с очень большим вниманием относится к Териберке. Это его любовь сердечная. Он поддержал идею установки деревянной скульптуры преподобного Варлаама Керетского на горе, на большом подъеме над Батарейским водопадом. Этот образ уже сделан. Его можно увидеть, но мы его спрятали, чтобы пока не показывать. Его сделали под Великим Новгородом из огромного цельного ствола сосны, и он был сюда доставлен. Преподобный Варлаам на этой скульптуре стоит на карбасе, поморской ладье, с гробом своей супруги, с которым ему было велено ходить, пока тело ее не истлеет, и таким образом искупать свой грех. Он изображен в монашеской одежде, хотя исторически тогда он еще не был монахом, но скульптура – это такой собирательный образ всего жития. В руках он держит весло, увенчанное крестовым навершием, и благословляет морскую даль, океан, по которому он ходил. Самое интересное, что место, выбранное нами и утвержденное губернатором, очень логично. Дело в том, что, выходя из Колы в Кереть и обратно, он не мог не проходить мимо. Гладь, на которую он будет смотреть, – эта та самая гладь, по которой он сто процентов проходил много-много раз. Его благословение в ту сторону – это благословение каждому из нас на покаянный путь, без которого невозможно наследовать вечную жизнь, а для христианина это цель жизни.

Преподобный Феодорит Кольский

– Вы упомянули преподобного Феодорита Кольского, просветителя саамов или, как их еще называют, лопарей. Насколько сейчас Православие интегрировано в жизнь этих коренных народов?

– Коренных народов тут не так много. То есть один народ – лопари, или саамы. Местом их компактного проживания мы можем назвать поселок Ловозеро. Там находится православный приход. Они живут своей обособленной жизнью. Занимаются тем же, чем занимались многие века. Несмотря на то, что жизнь изменилась, оленеводство является тем промыслом, которое помогает им выжить.

– В чем для вас заключается служение людям?

– Однажды я пришел ко Христу, и ничего более прекрасного никогда до этого не видел. Это как сесть на Мерседес после Запорожца. Ты задышал совсем другой жизнью, ощутил радость жизни и ощущение ее бесконечности, то, что она никогда не завершится. А ведь я воспитывался в советское время. В советское время что? Всем смерть. Для атеиста это же очевидно. Нет никакого иного славного пути. Все завершится этим. И вдруг тебе открывается, что нет смерти, что ты вечен. И когда ты прикоснулся не на словах, а на деле к источнику всех благ – Богу, ты хочешь только этим делиться. И с самой юности, как только я это ощутил, с 16 лет, у меня была только одна мысль – я не хочу жить вне Церкви. Я хочу жить в Церкви, а если Бог даст, служить священником, и эту истину о Боге, Который просвещает всякого человека, пришедшего в мир, нести каждому. И пытаться не просто убеждать людей, а какими-то невербальными вещами говорить им: «Люди, это правда». Тут есть смыслы, которые заключаются не только в холодильнике, не только в шоппинге, не только в гаджетах. Все это не имеет никакого значения. Вы можете быть счастливы с Богом, не имея вообще ничего из этого.

– У вас есть любимая цитата святых отцов?

– Я бы сказал, не святых отцов, а одного из неназванных христианских западноевропейских богословов, который произнес такую фразу: «Сказать "я тебя люблю" – значит сказать «ты никогда не умрешь».* Это очень по-христиански. Во всем этом свет Пасхи.

*Это слова французского писателя Габриэля Марселя. Прим. ред.

Беседовали Михаил и Екатерина П.

19 февраля 2026

Источник: "Православие.ru"